— Лукерья, глянь-ка! Перун и в машинах разбирается! — Митрич смотрел на нас с религиозным ужасом в глазах.
— Вот так тебе, обормот, и надо! Ухватили серого борова за розовые шарики… Утер тебе он нос, а ты его жарить хотел! Вечно не думаешь, торопишси бочонок козьих катышков один весь захавать. Грузи нашего гостя в кабину, а рогатых любимцев в кузов и поехали.
Глава 15
До окружного центра (республиканской столицы, как считали сами жители) славного города Самары добрались относительно без приключений. Наш попутчик, сидевший между Митричем и Лукерьей, был так великодушен, что на всех блок-постах федералов демонстрировал свою крутую ксиву. Благодаря чему, наш грузовик полный оружия и экипировки с убитых солдат, пропускали без досмотра. Бабка, как выяснилось, хорошо владела холодным оружием, и ФББшник не рискнул дать ей шанс его использовать.
По приезду, груз и Мышата Лягуева передали с рук на руки каким-то темным личностям в казацких папахах. Они, зло ухмыляясь своим щербатыми ртами с поблескивающими золотыми зубами, переодели дорогого гостя в ватную спецовку от кутюрье «Шил Сам Вован». Затем, снова связали и уволокли в помещение «для дорогих гостей», то есть, в хлев. Вероятно, он теперь будет надолго к нему приписан как собиратель органических удобрений.
Самаритяне народ маленький, но бережливый, людей по хозяйству всегда не хватает. Так не выкидывать же в септическую яму дипломированного специалиста, закончившего Молнебадскую академию ФББ.
Нас же четверых, проводили в просторную светлую избу с пристроенной рядом деревянной часовенкой.
Вышедшему к нам на встречу в белой одежде статному седому старцу оба наших сопровождающих поклонились в пояс до земли.
— Здравы будьте, путники, мне отрадно видеть у себя двух истинных приверженцев Родноверы. Располагайтесь со всеми удобствами, мой дом — ваш дом! По какой же надобности, вы, рискуя своими жизнями, оставили свои мирские дела и устремились ко мне?
— Здрав будь, Великий Волхв всея Самарии! А прибыли мы, значится, вот по какому делу… Просим тебя растолковать нам одно чудо, — бабка рукой показала на нас с Кариной.
— Да, святой старче! В них вселился дух самого Святого Перуна! — Митрич не удержался, что бы первым сообщить эту радостную новость, но словил укоризненный взгляд Лукерьи.
Волхв скептически посмотрел на нас, затем на бабку с парнем. Думая, как бы помягче им ответить, чтобы не обидеть. Но тут жена снова забыла о моем наказе — без разрешения не разговаривать. К сожалению, женщины в любом обличье (а козлиное усиливает эффект еще больше) никогда не исполняют его как следует. Долгое молчание их, видимо, очень тяготит.
— Здравствуй, дедушка Мороз, борода из ваты, где тут ванная у вас…
На этом месте я успел вовремя среагировать, и толкнул копытом в бок супруги, чтобы не усугублять шок от говорящего козла вдобавок пошлыми оскорблениями. Она, как нИ в чем не бывало продолжила:
— А то мы с дороги немного поистрепались и испачкались. Видишь ли, грязь из-под гусениц нашей развалюхи летела в кузов, прямо нам на морды. Надо бы помыться, привести себя в порядок. Ну, ты понимаешь, о чем я?
— Вы, что? Решили подшутить надомной? Не стоило так делать! Своей выходкой со чревовещанием Вы осквернили святое место! — вдруг вскипел Волхв, для которого эта реплика моей жены стала последней каплей терпения.
— Что Вы, что Вы святой старче! Мы и не смели себе подобное позволять! — в один голос воскликнули испуганные прихожане.
— Это все он. Козел со своей женой козой Машкой! Сам по себе разговаривает дюже умные вещи! А еще он разбирается в технике, — Митрич обвиняющее указал на нас толстой сосиской, заменяющей указательный палец.
Старик снова удивленно и недоверчиво уставился на нас. На этот раз я взял управление голосом супруги в свои парнокопытные руки, предварительно сделав ей очередной сто первый устный выговор.
— Не стоит обижать недоверием этих двух приличных людей. Благодаря им, я сейчас стою тут, а не перевариваюсь в желудке у неверных пепенцев.