- Полететь с тобой в Бостон?
Крейг кивнул. Одного его все равно не отпустят, а присутствие Ника бесит меньше, чем присутствие безымянного секьюрити.
Когда Ник вышел, Туми потянулся за очередным журналом… и с жалобным стоном откинулся на спинку кресла.
Конечно. Никакой бумаги он сегодня больше не найдет – ведь Ник так заботится о нем.
За окном мелькнула тень.
Он остался один в гигантском особняке Ника Хопуэлла, во дворце, созданном исключительно для него, Крейга Туми.
***
Ник обернулся к панорамному окну и помахал рукой, зная, что Крейг Туми наблюдает за ним.
Появилось чувство сожаления.
Он не любил надолго оставлять Крейга одного – бывший банкир все погружался и погружался в свой аутический мир, отчаянно отторгая реальность, и Ника это очень тревожило. Туми отторгал мысль, что он застрял в прошлом. Рвался в Бостон, чтобы еще и еще раз убедиться, что его никто там не ждет. А самое главное, что тревожило Ника – Крейг никак не хотел признавать того, что он изменился.
А он изменился. Ник не умел восстанавливать человеческую оболочку в первоначальном виде – для того, чтобы Туми продолжил свое существование в прошлом, его пришлось слегка переделать – и это было единственным, за что Ник чувствовал какое – то подобие вины.
Конечно, отдать его на растерзание лангольерам было бы гуманнее. Все равно, как человек Туми не смог бы существовать на том уровне, на котором ему пришлось остаться.
Но Нику чем – то понравилась идея иметь своего личного человечка – полностью зависимого от него, существующего только благодаря его, Ника, воле. А безумие несчастного банкира только добавляло изюминку в их отношения – Ник не любил лёгкие задачи и слишком быстрые победы. К тому же… ему хотелось по – настоящему приручить человека.
Откуда появилось это странное желание? В своём существовании Ник встречал немало интересных типов людей – но чем его так задел этот сумасшедший карьерист Туми?
Его было приятно мучить. И спасать его тоже было приятно. Когда ребятишки хотели поиграть с ним, а Крейг спрятался за его спину и начал умолять убрать этих лангольеров ради всего святого, Ник поймал себя на мысли, что ощущения такого счастья он давно не испытывал.
Спасая людей в самолете и рискуя собой, Ник на самом деле ставил точку в своем затянувшемся эксперименте. Он выяснил, что может чувствовать, жить, умирать и размножаться так же, как люди – существа, чей облик и образ жизни Ник копировал идеально.
Было единственное «но» - существование в будущем, в мире людей, требовало очень больших затрат энергии, которую прошлое в достаточном количестве дать не могло.
Лангольер, состоящий из Мёртвого Света и наделенный силой и властью пожирать прошлое – вот что было настоящей сутью создания, называющего себя Ником Хопуэллом. Он не был лидером лангольеров – он был куда более страшным созданием.
Лангольер, способный проникнуть в будущее, вырвавшись из временных границ.
Лангольер, способный пожирать себе подобных. Быть лидером несчастных тварей, запертых в прошлом? Нику было достаточно, что любая его мысль немедленно исполнялась, и что ему не было равных.
И все же этот несчастный мальчишка Туми, так и оставшийся запуганным безумным ребенком в теле взрослого человека, Туми, до истерики боящийся даже воспоминаний о своем отце, заставил Ника задуматься.
Он смутно помнил, что когда – то очень давно уже встречал Свет, подобный тому, что являл собой суть любого лангольера. Мёртвый Свет. Более того – у тех существ был не просто Свет – Ник помнил ослепительно прекрасное сияние Мёртвых Огней, помнил величественную мощь Существа, подарившего частицу своего Света лангольерам .
И желание снова оказаться рядом с тем могущественным существом стало для Ника просто наваждением.
В своем человеческом теле, в будущем, Ник нашел это существо – Оно жило в Дерри, штат Мэн, и было прекрасным Божеством* – но, когда чувство эйфории прошло, открылась очень неприятная истина – за завесу, которую Божество воздвигло вокруг Дерри, истинный лангольер проникнуть не мог.
Даже в человеческом облике.
В личном двухместном самолете, летящем в Бостон, глаза Ника Хопуэлла вдруг расширились и засияли, как звезды.
Он обнял Туми за плечи и протянул ему глянцевый журнал – чтобы увидеть, как губы этого капризного человечка расплываются в счастливой улыбке.
Ник нашел ответ на все свои вопросы, и этот ответ сидел сейчас рядом с ним и с выражением блаженства на лице рвал на ровные полоски глянцевую страницу.
Лангольер не мог пересечь границу Дерри, не мог даже мысленно позвать прекрасное Божество с сияющими Мертвыми Огнями внутри.
А человек, наделенный Мёртвым Сиянием, мог.
Звук рвущейся бумаги успокаивал.
Можно было не думать о том, кто сидел рядом. Не думать о руке на плечах. Было одновременно хорошо и жутко – и непонятно, почему Ник вдруг стал таким добрым. Его же бесит, когда он, Туми, вот так рвет бумагу – а сегодня сам сунул в руки журнал, и сидит, что – то напевая от удовольствия…
Ну и хорошо.
Вниз летели не полоски бумаги – летели воспоминания. Детство. Отец. Работа. Жизнь. Отказы. Премии. Карьера. Чертов полет в Бостон на проклятом самолете авиакомпании «Американская Гордость»…
Как же упоительно было отрывать все это от себя.
- Туми?
Рука дрогнула, и последняя полоска бумаги оторвалась криво.
Ник пальцами развернул к себе побледневшее лицо своего человечка, посмотрел в его испуганные глаза, подавил в себе зачатки знакомого раздражения – да когда же эта особь перестанет его бояться? – и широко улыбнулся.
- Хочешь увидеть людей, Туми? Хочешь в будущее?
Человечек молча смотрел на него, и Ник уловил начало его приближающейся истерики – ну конечно, Главный Лангольер Ник придумал новую пытку для своей сумасшедшей игрушки, вот как он все это воспринимает.
- Я не издеваюсь над тобой. Так “да” или “нет”?
- Да.
Ник нежно провел большим пальцем по щеке Крейга, нащупал подушечкой сквозь кожу его щеки острые зубы, уже сменившие прежние, человеческие, и почувствовал знакомую эйфорию.
Человек сможет поговорить с Божеством, живущем в Дерри. Захочет поговорить. Сияние, изменившее бывшего банкира, потянется к Мёртвым Огням, и Оно, Божество лангольеров, снизойдет для беседы с одним из них.
Как вовремя завершилась трансформация, подумал Ник, и снова провел большим пальцем по щеке Крейга Туми, лаская взглядом осунувшееся бледное лицо с глазами, в которых было уже так мало человеческого.
- Ты увидишь людей, мой маленький лангольер Туми. И ты даже попробуешь их… если у нас все получится.
Самолет, летящий в Бостон, исчез.
Снова появился зал с панорамным окном – и смеющийся Ник протянул руку Крейгу Туми, с ужасом смотревшего на него.
- Вперед, в будущее?
Туми забился глубже в кресло, словно оно могло спасти его.
Ника рассмешила мысль о том, что он сам НОСИТСЯ – причем носится как никогда, словно будущее куда-то может исчезнуть. Спешить было ни к чему – и все же Ник спешил, НОСИЛСЯ… и получал от этого огромное удовольствие.
Он легко, как пушинку, вытащил из кресла Крейга Туми, обнял его за талию, прижимая к себе – и взмыл в черное небо без звезд – в небо, один взгляд на которое свёл бы с ума любого человека.
Будущее всегда было за сиянием в небе.
Будущее было за Мёртвыми Огнями.
Лангольер и -пока еще - человек нырнули в ослепительное Мёртвое Сияние Черной Дыры.
***
Крейг Туми вдохнул воздух будущего полной грудью и скривился от боли – слишком много всего. Запахи, цвета, звуки – человек застонал, зажимая уши руками и привыкая к обилию красок и света. Впрочем, дышать скоро стало легче, и Крейг осторожно открыл глаза.
Будущее было… ярким. Оно было НОВЫМ, и этот запах НОВОГО, не мёртвого, не пропитанного страхом времени был божественно прекрасным.
Деловые бумаги, облигации, деньги, карьера – все это вдруг показалось Туми бессмысленной тратой времени, и он с горьким изумлением признал, что его отец был прав.