Неудачники, сами того не зная, стали силой, которая могла бы приказать горе сдвинуться с места. Что-то происходило со всеми, и ребята это чувствовали – они менялись, оставаясь при этом собой. Не взрослели – именно менялись.
Возможно, думал Ричи, все это происходит только для того, чтобы мы сделали очередное чудо, которое спасет мир.
Билл Денбро начал писать. Не то, чтобы он не хотел или не умел делать что – то еще… просто не мог иначе. Когда мысли, переполняющие его голову, выплескивались на бумагу, Билл чувствовал покой и удовлетворение – он поступал правильно, он ПЕЛ НЕВИДИМОЕ, и всё на свете обретало смысл, потому что становилось вечным.
Джорджи же просто ждал. Ждал, когда вырастут Неудачники, когда вырастет он сам… и когда вырастет Оно. А пока он оставался маленьким мальчиком и невидимой «волшебной феей» для всех, кого любил.
***
Устроиться в школу для ребят оказалось не так легко, как они думали. Билл, конечно, помог чем смог, активировав все свои связи, и сделав друзьям нужные документы – но пока Неудачники были несовершеннолетними, по закону требовался опекун – а вмешивать в свои дела взрослого, НАСТОЯЩЕГО взрослого, они не могли.
Дети, живущие в Старом Дерри, где, все знали, были одни только развалины ( разумеется, редкие посетители развалин видели только то, что им позволено было видеть, иначе у городских властей давно бы возник вопрос, ЧТО освещает и снабжает водой возрожденные дома, которых в городских архивных бумагах больше не существовало).
Дети, приходящие из руин, непригодных для жизни – чистенькие, аккуратные. У кого угодно возникло бы множество вопросов… и возросло бы число жертв Оно.
Поэтому Неудачники взялись за Пеннивайза. Потренировав его пару месяцев, ребята решились выйти в Большой Мир – и в один прекрасный день в Новом Дерри появились скромные и вежливые дети из Старого Дерри, которых вел в школу молодой человек редкой красоты, идущий модельной походкой, и держащийся очень прямо.
На самом деле это милые дети вели «молодого человека», который ужасно не хотел делать то, что от него требовалось – это была уже не игра, а Пеннивайз не умел заставлять себя делать вещи нужные и скучные.
Сначала он вообще наотрез отказался помогать Неудачникам – но ребята были уже не те напуганные дети, только появившиеся здесь, и юное Оно открыло для себя нечто новое.
Эти детишки все вместе были так же убедительны, как древнее Оно - и Пеннивайз понял, что лучше будет помочь им, как они того хотели, чем потакать своим капризам. Потому что теперь юное Оно не было уверено, что Неудачники не возьмутся «объяснять» ему его ошибки так, как это делал Старший.
Милые дети слились с другими детьми, идущими в школу, а красивый молодой человек, тоскливо оглянувшись на них, последовал прямо в кабинет директора, пожираемый глазами восхищенных старшеклассниц. Перед дверью он оглянулся еще раз – но Ричи, облокотившийся на стену в конце коридора, потыкал пальцем в сторону двери и показал ему кулак, и молодой человек с тяжелым вздохом распахнул дверь и вошел.
Ричи весь вспотел, ожидая появления Оно из-за двери кабинета директора. Провал или победа? Все сейчас зависело только от Пеннивайза. Ричи переглянулся с Беном, бродящим между школьниками этажом ниже и еле заметно отрицательно покачал головой.
Наконец дверь снова открылась, молодой человек вышел, и так же ровно и красиво, как модель на подиуме, прошелся по коридору, в конце которого застыл измученный ожиданием Ричи. В руках молодого человека была папка с документами, и Тозиер понял, что Пеннивайз справился – их двухмесячные репетиции не прошли даром.
Неудачники мигом собрались в кучу, завладели папкой и проверили документы – все было в порядке, они стали законными жителями Дерри, школьниками… и приемными детьми Роберта Грея.
Сам Роберт Грей, застывший в красивой позе возле окна, пил эмоции детей, снующих мимо него. Пока Неудачники потрошили папку с документами, юное Оно не отказывало себе в заслуженном завтраке – его буквально заливали волны восторга, удивления и интереса, исходящие от школьников. И волны эти были такими сильными, что Пеннивайз, долгое время не получавший питательной и вкусной пищи, буквально объелся ими досыта за считанные минуты и заснул стоя.
Школьники притихли.
Необычная тишина заставила Неудачников обернуться – у красивого Роберта Грея в элегантном деловом синем костюме, у их теперь уже официального опекуна, текли слюни, лицо было перекошено сонной блаженствующей улыбкой, и без того косые глаза закатились – зрелище было ещё то.
Ребята немедленно окружили дивное видение, Стэн сильно дернул Грея за руку, чтобы разбудить, и Неудачники поспешно покинули школу, уводя с собой так поразившего воображение юных деррийцев прекрасного опекуна странных детей из развалин Старого Дерри.
Несмотря на этот досадный случай, все прошло так, как Неудачники и планировали – они все незаметно и тихо влились в школьный коллектив, и на них почти никто не обратил особого внимания – красота Роберта Грея сделала свое дело, перетянув на себя все внимание школьников. И еще долго на переменах и уроках шепотом обсуждались не новенькие – серые мышки, а все темы, касающиеся красивого молодого человека, который пришёл вместе с ними.
Все шло хорошо, все были заняты делами и верили в Великую Американскую Мечту и в счастливое послезавтра.
И тут случилось то, чего никто не ожидал – древнее Оно, которое должно было спать двадцать семь лет, проснулось.
***
Старший был полон сил, несмотря на прерванный цикл – выпитая энергия лангольера насытила Его.
И Оно было полно ярости – бешеной ярости, испепеляющей всё.
Младший не спал. Почти ничего не ел – это в его – то возрасте, когда пища необходима, а Голод детёныша имеет последствия куда более серьезные, чем Голод взрослого Оно. И все это ради удовольствия обыкновенной Пищи, ради двуногой смертной Еды!
Старший почувствовал такую жгучую ненависть к Неудачникам, что еле сдерживал себя, чтобы не растерзать их сейчас же.
Что ж, никто не говорил, что воспитывать детенышей легко.
Конечно, и человеческие дети играют со своей пищей – и той, что лежит у них в тарелках, и с той, которая еще бегает на четырех конечностях – почему бы и не позволить любимому чаду поиграть с барашком? Завтра он станет обедом, а лишать ребенка такой радости глупо.
Древнее Оно прекрасно понимало привязанность Младшего к Еде.
Но!
Если человеческий ребенок начнет бегать среди барашков и бебекать, как они, а так же щипать травку и бодаться, родители самое малое накажут заигравшегося малыша, чтобы одумался.
А вот если наказывать уже поздно, если ребенок уже считает себя бараном?
Вот до чего довела Младшего его любовь к человеческой Еде, к этим ненавистным братьям Денбро. Старший с ужасом подумал, что наказывать действительно уже поздно – Младший уже не мог жить без проклятых людей, и медленно убивал себя ради их комфорта и ради покоя их слабой человеческой психики.
И виноват был не он – что спрашивать с детёныша?
Виноват был Он, Старший. А раз виноват – Ему все это и исправлять.
Пока еще не поздно.
Неудачники так и не поняли, что случилось. Сначала исчез Пеннивайз – просто исчез, будто его и не существовало. Ребята ошарашено уставились на то место между ними, где он сидел, а потом сознание их померкло, и все перестало существовать.
***
Осень 1957г, Дерри.
Младший сидел на куче мусора в Логове, обхватив колени, и его печальные голубые глаза смотрели в одну точку.
Вот, значит, что такое Цикл Сна. Он видел в Цикле всего лишь возможное будущее.
Ничего не было – Билл не умирал, и его брат Джорджи еще не выбежал под дождь навстречу смерти.
Неудачники даже не подозревают о его существовании.
Не было ничего. Всего лишь сон. Но… почему тогда так плохо и больно?
Младший неуверенно улыбнулся Старшему, внимательно наблюдавшему за ним и отправился на свою первую охоту.