- Привеет, Джорджи. Хочешь свой кораблик?
- Да, пожалуйста!
Клоун в канаве улыбнулся - хороший, добрый Клоун. И глаза у него голубые - голубые, как у мамы и у Билла, и …печальные?
Джордж Денбро нерешительно протянул руку за корабликом.
Клоун отдал ему кораблик (Посудину), Джорджи вежливо поблагодарил его и встал, чтобы уйти…
Но не ушел.
Несколько минут мальчик и Клоун смотрели друг на друга, а потом Джорджи снова опустился на колени и заглянул в водосток.
От приветливости того, кто находился в водостоке, не осталось и следа – Клоуну явно было плохо. Он нервно вытер мокрые губы кружевным манжетом своего красивого костюма и зарычал на Джорджи – как хищный зверь. Мальчик вздрогнул – глаза Клоуна уже не были голубыми, они стремительно желтели, и добрый мистер Грей, отдавший ему кораблик, стал изменяться.
- Уходи! – прорычало существо. – Уходи!!
Джорджи отрицательно помотал головой и нахмурился… а потом выпустил из рук Посудину, и она упала прямо в лапы существа в водостоке.
- Ты не сможешь жить без моего брата - сказал Джорджи. – А я не смогу жить без тебя, Роберт Грей.
Мальчик по-взрослому вздохнул и сунул в водосток руку.
- Все будет по-другому. Кусай.
- Это был сон из Цикла, – Пеннивайз уставился на руку Джорджи, и с его губ снова закапала слюна.
- Ты сдохнешь, если не будешь жрать! – холодно сказал мальчик, его глаза потемнели и в них блеснули слезы. – Кусай сейчас же, мне нужна эта боль, чтобы вернуться!
Страшная пасть приблизилась, и Джорджи зажмурился от ужаса, когда зубы Оно впились в его плечо.
Так мало нужно отдать ради того, чтобы больше никто не мучился. И так много.
- Больше не будет больно…и плохо… никому. – Джорджи немного отполз от водостока и перевернулся на спину, чтобы в последний раз перед смертью подставить лицо дождю.
И закричал от страшной боли, которую уже не в силах был терпеть.
========== Нет ничего невозможного. ==========
Джордж Денбро злился на Билла.
Мальчик устал искать оправдания поведению брата — все было ужасно, и с каждым днем становилось все хуже и хуже.
Пеннивайз стал тенью самого себя — невозможность уснуть, малосъедобная пища, постоянный расход и без того небольшого запаса Силы на прихоти Неудачников — Оно угасало на глазах, а Билл словно не замечал этого.
Появлению Неудачников Джорджи обрадовался — счастье брата было и его счастьем, да и ребята были хорошими — не трепали его, Джорджи, по голове, не тискали, не щипали за щёки и не сюсюкали.
Для них младший брат Большого Билла был не надоедливым ребенком, путающимся под ногами, а желанным собеседником и хорошим другом, с которым было так здорово играть, беседовать и говорить о будущем.
Вот только другого младшего брата Билла Денбро, инопланетного, эти хорошие и добрые ребята медленно убивали.
Джорджи знал, что Билл страдает от сложившейся ситуации. Понимал, что брат старается сохранить хрупкий мир между Оно и своими друзьями детства.
Мальчик понимал и то, что Пеннивайз скоро уснет и больше не проснется. И последнее пугало его куда сильнее, чем возможность повторной войны между Неудачниками и Оно.
Но страдать можно было бесконечно, а Джорджи знал, что времени осталось мало. Смотреть в глаза Билла, все прекрасно понимающего, разрывающегося между друзьями, чувством долга и любовью, больше не было сил.
И Джорджи стал действовать сам, очень жалея о потере Мёртвого Огонька — эта Сила сейчас была бы как нельзя кстати.
Начал Джорджи не с Пеннивайза, хотя ему очень сильно хотелось наорать на него и где — нибудь запереть, чтобы закормить и уложить спать. Будь у него Мёртвый Огонек, он так бы и сделал. Но надеяться на то, что слабое детское тело семилетнего мальчика сможет удержать двухметрового сильного детёныша Оно было глупо, и Джорджи отправился к «отцу мистера Грея», к древнему Оно.
Это был тот самый случай редкого везения — Старшего даже не пришлось будить. Джорджи застал как раз момент пробуждения — и первым, что увидело древнее Оно, проснувшись, был младший братец ненавистного Денбро — бледный, с горящими глазами, и странно взрослый.
Джорджи вдруг понял, что древнее Оно на самом деле было еще очень молодым — и это откровение смутило его. Мальчик привык считать Старшего старым и вредным «предком», для которого нажраться, прибить Младшего и завалиться Спать было единственной радостью.
А «поймав» этот редкий миг пробуждения древнего Оно, когда маска безжалостной древней Твари еще не была надета, Джорджи увидел очень молодую сущность, которая впервые воспитывала детёныша на чужой планете и сама ещё нуждалась в помощи.
Как умный мальчик, Джорджи затаил это знание в себе.
Старший проснулся, прервав Цикл — и Джорджи молился про себя, чтобы причиной этого пробуждения было не желание Оно тут же уничтожить всех Неудачников.
«Разговаривать» с Оно многогранными изображениями Джорджи научился очень давно — поэтому тут же послал Старшему полную версию происходящего и просьбу забрать Младшего. Как человек, такой же мысленный ответ он услышать не мог, но почувствовал удивление древнего Оно, и Его растущую ярость.
Этого мальчик тоже ждал — поэтому в следующем посланном изображении попросил не убивать Неудачников и Билла, предложив в жертву себя.
Древнее Оно проснулось от Зова Мёртвого Света — лангольер, существо из прошлого, так отчаянно звал Его, что древнее Оно решило снизойти до низшей Твари, созданной Его расой. К тому же Его заинтересовал человечек из будущего, которого лангольер умудрился видоизменить и оставить в прошлом.
Правда, Оно не поняло, зачем лангольеру был нужен сумасшедший банкир, но это было не важно — главным был Зов существа, сумевшего проникнуть в будущее из прошлого.
Это было невозможно и невероятно, это требовало немедленного изучения; что, если этот лангольер не один такой?
Жестокую казнь Неудачников Старший временно отложил.
***
Оно выбралось из Кокона и направилось к вестнику лангольера, сумасшедшему человечку. Джорджи, стоявшего на пути, Старший отодвинул в сторону, как неодушевленную вещь.
Мальчик пошел за Оно — ему нужен был ответ.
Дальше события стали развиваться очень быстро. Джорджи увидел взрослого человека, идущего к Оно. Затем Оно переместилось на границу Дерри, прихватив с собой мальчика, пару каких — то птичек и несколько насекомых. Джорджи понял, что ему просто повезло попасть в облако силы Оно, перенесшее Его, и мысленно очень порадовался этому факту.
Увидев лангольера во всей его мощи и силе, Джорджи не испугался — он и сам не так давно был острозубой Тварью со сверкающими серебром глазами, но мальчика потрясла мысль, что такие существа есть, и что их много.
Над Джорджи проплыл Мёртвый Огонек, а потом накатила волна Силы — и человеческое тельце семилетнего мальчика содрогнулось от распирающей его энергии, такой мощной, что Джордж задохнулся от боли.
И все исчезло. Не было больше ни Оно, ни лангольера, ни странного мужчины. Исчезли звуки, запахи, исчезло ощущение самой жизни — Джорджи с ужасом решил, что он оглох, ослеп и потерял обоняние вследствие контузии от энергетической волны.
Он словно попал в фильм ужасов — облака застыли на месте, мёртвую траву шевелили только пыльные ботинки мальчика, не слышно было пения птиц и жужжания насекомых.
Тишина. Мертвая тишина. Единственным звуком был слабый хруст, который Джорджи очень не понравился. По его ощущениям, источник противного звука был еще далеко, но он приближался с каждой секундой, и мальчик вдруг понял, что сейчас умрет какой — то ужасной и мучительной смертью.
Бежать было некуда — хруст раздавался со всех сторон одновременно. Джорджи снова пожалел о том, что стал человеком — ему хотелось драться за свою жизнь, и унести с собой в могилу как можно больше врагов. Мальчик сжал кулаки и приготовился нанести невидимому пока врагу как можно больше увечий перед смертью.
И даже когда Джордж увидел существ, с которыми собрался драться, решимость его не исчезла — мальчик превратился в саму ярость, в маленького дикого зверя, готового рвать и убивать.