Гораздо больше Билла мучило то, что Младший нуждался в его защите, и не получил её — только потому, что он, Билл, бездействовал во имя сохранения мира между Оно и Неудачниками.
Наконец настал день, когда все вместе собрались в холле — случайно, конечно…, но все знали, что никакая это была не случайность.
Да и расселись все странно — вроде бы каждый сел, куда хотел, но оказалось, что Неудачники сидят в одной стороне, а Джорджи, близнецы и маленькие Оно с Младшим — в другом.
Билл вообще сидел один за журнальным столиком почти в центре между Оно и ребятами.
Несколько минут все молчали. Близнецы острозубо улыбались, детеныши Оно настороженно посматривали на Билла и на Джорджи — инстинкты подсказывали им держаться возле сородичей, и детеныши распушились от тревоги, готовые драться.
Пеннивайз смотрел на Джорджи, потому что ТАКОГО Джорджи он еще не знал.
А Джорджи, добрый и милый младший братик Билла Денбро, внимательно оглядел притихших Неудачников и солнечно улыбнулся.
— Может, помиритесь по-настоящему?
Голос его звенел, и Билл, глядя на брата, почувствовал к нему невольное уважение.
Кто на самом деле лидер Неудачников?
Ребята молчали.
Джорджи присел на корточки, протянул к Неудачникам сложенные щепотью пальцы и пошевелил ими:
— Кис — кис — кис…
Неудачники смутились. Ричи слегка порозовел, прекрасно понимая намек.
Младший сцапал Джорджи, сгреб его в охапку и лизнул — мальчик тут же растерял свой боевой пыл, отбиваясь от Оно и смеясь. Отпустив его, Пеннивайз подошел к смущенным Неудачникам и протянул Ричи руку с согнутым мизинцем.
— Мир?
У Ричи заполыхали даже уши. Он сцепил свой мизинец с мизинцем Оно и впервые посмотрел на него не как на забавную зверюшку, а как на равное себе существо.
— Мир. И это… извини. Я был дурак.
Пеннивайз широко улыбнулся ему и протянул красный шарик.
— Хочешь шарик, Риичи?
Тозиер обреченно взял шарик, который тут же взорвался прямо перед носом смущенного подростка, окропив его кровью.
Близнецы выдали свой знаменитый «хохот гиен».
— Гадость какая, — отплевываясь, взвыл Ричи, — Дурацкие у тебя шуточки, Мелочь. **
— У тебя тоже, Ричи, — парировало Оно. — Хочешь еще шаарик?
— Да иди ты со своим шариком! — жалобно застонал Тозиер, стирая с лица новые брызги крови.
— Давайте все подерёмся?! — предложил один из близнецов, сверкая глазами. — Или поиграем в «удушилочку», а потом пойдем топить Пеньку в фонтане. Все уже помирились, или мы будем делать какой - нибудь обряд с жертвоприношением?
— Все уже помирились, — быстро сказала Бев, — Никто никого топить не будет. Предлагаю всем разойтись и заняться своими обычными делами, а то мы и правда все передерёмся.
— А что за «удушилочка»? — неосторожно поинтересовался Майк.
Близнецы Оно радостно переглянулись.
Джорджи закрыл за собой дверь и прижался к ней спиной, вытирая с лица кровь и продолжая смеяться.
Из-за двери неслись крики, хрипы и жутенький хохот близнецов, «посвящающих» Неудачников в подробности игры.
Больше никто не будет относиться к Оно, как к интересному инопланетному зверьку, над котором можно ставить опыты во имя науки и спасения человечества… а то и просто так, во имя собственного желания причинять боль.
Джорджи прекрасно понимал, что идеальные люди и тем более подростки встречаются только в кино и в комиксах. И что даже добродушный Бен и милая нежная Беверли таили в себе зверя, требующего крови и жестокости.
И что именно ему, Джорджи, придется держать ситуацию под контролем.
Что ж, все закончилось не так уж и плохо.
Осталось спасти еще одну принцессу. По личной просьбе дракона.
***
Перетащить из прошлого Ника и Крейга Туми оказалось неожиданно легко.
Неудачники к новым знакомым Джорджи отнеслись настороженно — лангольеры им показались «более слабой версией» Оно, и ребята занервничали, потому что не знали, что можно ожидать от вежливого Ника Хопуэлла и его странного молчаливого спутника с жуткими глазами.
Стэн Урис вцепился в Крейга мертвой хваткой, как только узнал, кто он. С этого момента эту пару было не разлучить.
Урис и Туми в упоении бродили вместе, и были похожи на счастливых влюбленных.
Слова «ценные бумаги» и «проценты» слетали с их губ нежными стонами. Стэн был счастлив найти существо, знающее ответы на все его вопросы. А Крейг наконец — то нашел того, кто мог задать вопросы, на которые он знал все ответы. Урис и Туми вместе обсуждали сложные бизнес — операции, чертили только им понятные графики, с восторгом смотрели друг на друга, и Неудачники оставили их в покое.
Ник наслаждался будущим в перерывах между обучением Эдди вождению, научными вопросами Билла о Черных Дырах и тренировками Джорджи — мальчику надоело быть слабым, и он потребовал у «атташе по делам молодежи в посольстве Великобритании» научить его «приемчикам».
Ник учил, и Джорджи тихо радовался, что Билл не знает, чем занимается его младший брат.
Билл очень не одобрил бы умение убивать тычком пальца или заостренным ребром монеты.
Но Джорджи помнил, о чем попросил его Главный Лангольер Ник Хопуэлл перед тем, как отправить мальчика в прошлое, отдав на это почти все свои силы. И понимал, что может и не справиться.
Но понаблюдав за ребятами, юными Оно и лангольерами, мальчик подумал, что шанс есть — и помочь ему может именно то, что лангольеры не успевали сосредоточиться на своих проблемах, так как их постоянно отвлекали.
Проблема Ника была в Крэйге Туми — бывший банкир признал себя лангольером, но на этом и остановился. Есть прошлое он не мог, потому что никак не мог заставить себя перевоплотиться в настоящего лангольера. Обыкновенная еда больше не насыщала, и Туми медленно умирал от голода.
Ник был в ярости — но как заставить летать существо, которое при виде обычного облика лангольеров бледнело и теряло сознание?
И все же Джорджи кое — что придумал.
Очень вовремя Бен начал переживать по поводу своей толщины — он знал, что в будущем должен стать стройным и красивым, но сейчас было настоящее, и мальчик с тоской смотрел в зеркало на свой живот, заедая стресс шоколадом и чипсами.
Джорджи ненавязчиво предложил Бену побегать, пока все заняты… вместе с Крейгом Туми.
Бен горячо поддержал эту идею — бегать без ядовитых комментариев Ричи и жалостливого взгляда Бев показалось ему очень хорошей мыслью. Тем более, бегать в компании взрослого, наверняка слабого и болезненного, было еще приятнее, чем бегать одному.
Витая в счастливых грезах о прекрасной фигуре, мальчик вышел на свою первую пробежку.
Когда рядом появился стройный силуэт бывшего банкира, Бен слегка упал духом — да этот длинноногий дохляк в два счета его обгонит, — но все же вежливо поприветствовал Туми и побежал.
Сначала они бежали легко и охотно — Бен во что бы то ни стало не хотел уступать, а Крейг просто наслаждался тем, что двигается, и чувствует потоки ветерка, овевающего его лицо.
Но скоро непривычный к таким нагрузкам Бен выдохся и стал отставать.
Туми останавливался и терпеливо ждал его — до тех пор, пока измученный Бен, тяжело дыша, не остановился совсем и не рухнул задом на тропинку, категорически отказавшись бежать дальше.
В разговоре с Джорджи, который попросил его побегать с Беном, Крейг задал логичный вопрос — а что делать, если толстый мальчик устанет и откажется двигаться дальше? Джорджи широко улыбнулся, и посоветовал Туми так же улыбнуться Бену, пообещав, что после этого все проблемы решатся сами собой.
И Крейг Туми широко улыбнулся потному, тяжело дышащему Бену.
Бен увидел двигающиеся ряды острых как бритва зубов, заорал, и помчался вперед с такой скоростью, что тут же оставил Крейга далеко позади.
Туми опешил от такой реакции толстяка и побежал за ним. Мальчик, обернувшись на бегу и заметив, что его преследуют, издал отчаянный вопль и прибавил скорость.