Когда Пеннивайз влетел в Логово и прыгнул к Нему на колени, древнее Оно встревожилось - детёныш не был трусом, и так испугать его могло только что - то по - настоящему серьёзное. Но когда юное Оно забросало Его многогранными картинками о предполагаемом Охотнике, Старший одновременно и развеселился, и разозлился.
Ещё один Охотник в Дерри, в Его владениях? Исключено. Была Самка, но Она была вне правил, потому что появилась не сама по себе.
А вот то, что детёныш Еды умудрился так испугать Его детёныша, древнему Оно не понравилось.
Стэн Урис не умер ужасной и мучительной смертью в ту же ночь только потому, что Старший обещал Самке ждать, пока все люди, контактирующие с его Младшим, не примут окончательное решение.
Древнее Оно объяснило Младшему, почему ни один Охотник не может так долго скрываться в Его паутине, и даже успокоило, когда расстроенный детёныш залился слезами.
Самка просила Его быть терпеливым, и Он уступил Ей…потому что Его награда за это обещала быть такой же исключительной, какой была Она сама.
Пеннивайз долго думал о том, что сказал ему Старший и о словах и мыслях Стэна.
Было обидно чувствовать себя глупым - но ещё обиднее было то, что даже если божество Еды существовало, проверить это было невозможно.
Если Стэн прав, и Охотник есть - он сильнее, чем Оно само и сильнее Старшего. А если нет, то Стэн всё равно верит в своего Охотника и в птиц, и это сочетание имеет большую силу.
Возвращает Стэну его почти утраченное сияние.
Стэн спал и улыбался во сне.
Конечно, он не верил в то, что завтра же Оно изменится, но Пеннивайз хотя бы заинтересовался хоть чем - то по - настоящему человеческим, и по мнению Стэна, это был хороший знак.
Он решил дать Оно шанс на существование в его, Стэна, мире.
***
Эдди Каспбрак ждал встречи с Оно так же, как ждал очередной приступ астмы - для него эта встреча была неприятностью, которая должна была случиться, рано или поздно.
Конечно, они все пообещали Беверли и Джорджи хоть раз поговорить с Клоуном по - человечески. Но в глубине души Эдди считал, что его друзья солгали, чтобы Беверли отстала от них со своей опасной идеей.
Да и как можно было обещать подобное?
Когда - то они все едва смогли победить Оно. Теперь Пеннивайз будет умнее, и не допустит повторения произошедшего. Так зачем давать Оно шанс ещё лучше узнать их всех?
Стэн Урис успел встретиться с Пеннивайзом, и Эдди окончательно уверился в том, что Оно начало с ними какую - то новую страшную игру.
Беверли, горячо и с жалостью рассказывающая что - то про несчастного ребёнка в канализации, Эдди испугала - слишком уж эта Бев отличалась от той потерянной девочки, какой она была совсем недавно.
Но ещё страшнее стало, когда Стэн, умный, практичный и как никто настроенный против Оно, вдруг явился в Штаб с загадочным выражением лица и объявил всем, что Пеннивайз, кажется, не совсем потерян для человечества.
Оно смогло заморочить Билла, Бев и Стэнли - и Эдди осталось только ждать своей очереди и гадать, как быстро Пеннивайз разберётся и с ним.
Эдди уже не верил в то, что сможет победить Оно при помощи своего ингалятора.
Он больше не верил в ингалятор.
Не верил в цветные таблетки и капсулы, не верил в белые порошки в бумажных конвертиках, не верил даже в саму идею Великой Болезни, которая когда - то была для него такой же естественной, как дыхание.
Кажется, мать что - то говорила ему про астму, говорила правильные и давно надоевшие истины, которые Эдди не слушал и не слышал.
Мать не была с ним в грязной канализации, не билась с Оно. Не заметила, как изменился её сын. Не заметила того, что кроме веры в свои лекарства, Эдди потерял и веру в себя.
Неизвестность была пыткой.
Оно не появлялось. Ричи, Бен и Майк молчали.
Тогда Эдди совершил самый безумный поступок в своей жизни - устав ждать, он сам отправился в Логово Оно.
Беверли рассказывала про крыс - про то, как они дружно направляли её к Пеннивайзу, как ни одна из них не укусила её, и как крысы проводили её назад, к выходу из туннеля.
Эдди шёл по колено в грязной жиже и не видел ни одной крысы, что ещё больше убедило его в том, что всё это были шуточки Пеннивайза, и что Беверли на самом деле просто бредила, приняв морок Оно за правду.
То, что его ноги находились в жидкости, кишащей миллиардами болезнетворных микробов, то, что иногда его сандалии скользили по чему - то мягкому, то, что запах в туннелях был сладким и мерзким запахом разложения, гнили и смерти, в мальчике уже почти не вызывало отвращения.
Во время и после битвы с Оно Эдди наглотался этой воды достаточно для того, чтобы умереть в страшных мучениях - но он не умер. Трупы плавали рядом с ним, и даже касались его лица - но он не заразился от них ничем. Оно касалось его - и всё же он был жив и…здоров.
Но так не могло быть.
Привычный мир Эдди трещал по швам, и новая встреча с Оно для измученного сомнениями мальчика была спасением от безумия.
Эдди верил, что Оно снимет свой морок, и что он проснётся в реальном мире - больным, возможно, умирающим.
Но Эдди так же надеялся на то, что всё происходящее сейчас - просто его непрекращающийся кошмар, бред умирающего сознания.
За мучениями логично следовала смерть, и Эдди шёл искать её.
Отсутствие крыс говорило не о том, что их не было, а о том, что Самка предупредила их, спасая от гнева древнего Оно, но Эдди этого не мог знать.
Он медленно, но верно подходил к Логову, где его ждал не Пеннивайз, встречи с которым Эдди так желал, а древнее Оно - очень довольное возможности помучить одного из Неудачников.
Самка просила Его потерпеть и не Охотиться на этих детёнышей.
Но Старший и не Охотился - один из Неудачников сам шёл к Нему, так стоило ли упускать такой случай порадовать Себя?
А заодно поучить Младшего тому, чем нормальные Охотники занимаются с Едой.
Эдди показалось, что его смёл в один из боковых туннелей какой - то вихрь. Он едва не разбил голову о мокрую стену, потеряв равновесие, но сбившее его с пути нечто не дало этому случиться. Руку мальчика довольно болезненно обхватила костлявая конечность, Эдди оказался висящим на чем - то не менее костлявом, и нечто стало двигаться с такой скоростью, что Эдди затошнило.
Разумеется, астма тут же дала о себе знать. Эдди попытался шевельнуть рукой, чтобы достать ингалятор, но существо только сильнее сдавило его и прибавило скорость.
Я всё - таки умер от астмы, придуманной для меня мамой, подумал Эдди, теряя сознание от удушья.
Очнулся Эдди далеко от входа в туннель, ведущий в Логово Оно. Обнаружил, что сжимает в левой руке ингалятор и воспользовался им, хотя никакого приступа астмы уже не чувствовал.
- Тебе лучше?
Эдди вздрогнул и обернулся на голос. Возле него, странно скрючившись, сидел рыжеволосый мальчишка - обыкновенный, одетый в рваные джинсы и невозможно грязную футболку.
Сначала Эдди даже не понял, почему все волоски на его теле встали дыбом от ужаса, пока он рассматривал незнакомца.
Вроде бы мальчишка был не страшным, даже симпатичным - особенно Эдди понравились его большие голубые глазищи, которыми незнакомец смотрел ему прямо в душу. Он странным образом был похож на Большого Билла.
А потом мальчик словно нашёл недостающий пазл, без которого картина была только хаотичным сплетением образов, пазл, показавший истинную суть незнакомца, смотрящего на него с таким неподдельным участием.
Это существо было намного выше любого из Неудачников. Кожа его не казалась серой в сумерках - она серой и была. Кисти рук заканчивались многосуставчатыми когтистыми пальцами, и Эдди даже не надо было смотреть на его ноги, чтобы увидеть на них такие же когти.
- Пеннивайз, - выдохнул Эдди, отползая от страшного существа и холодея от ужаса. Проклятый ингалятор был почти пуст, но и без него мальчик понял, что обречён.