Кэй отвела Беверли в дом, отправила ее в душ, после душа дала халат, сварила кофе и внимательно осмотрела ее синяки и ссадины, обработав порез и забинтовав ногу. Во вторую чашку кофе она налила Беверли изрядное количество бренди и заставила выпить все до дна. Затем приготовила им обеим по превосходному бифштексу со свежей горчицей.
– Ну ладно, – сказала она. – Что произошло? Позвонить в полицию или просто отправить тебя пожить у Рено?
– Я не могу тебе рассказать все, – сказала Беверли. – Ты посчитаешь, что я сошла с ума. Но это я во всем виновата, в основном...
Кэй ударила кулаком по полированному столику красного дерева. Раздался звук, похожий на выстрел из малокалиберного пистолета. Бев подпрыгнула.
– Не смей так говорить, – сказала Кэй. Ее щеки горели, карие глаза сверкали от негодования. – Сколько лет мы с тобой дружим? Девять? Десять? Если ты еще раз скажешь, что ты во всем виновата, меня стошнит.
Поняла? Меня сейчас чуть не стошнило, мать твою. Ты сейчас не виновата ни в чем, и раньше не была виновата, и не будешь виновата никогда. Неужели ты не понимаешь, что почти все твои друзья знали, что рано или поздно он тебя покалечит, может быть, убьет.
Беверли смотрела на нее широко раскрытыми глазами.
– И твоя самая большая вина в том, что ты продолжала жить с ним и дала случиться тому, что случилось. Но теперь ты ушла от него. Благодари Бога, что он защитил тебя. И ты сидишь здесь, с поломанными ногтями, порезанной ногой, со следами от ремня на спине, и говоришь мне, что ты во всем виновата?
– Он не бил меня ремнем, – автоматически солгала Бев.., и от жгучего стыда ее щеки вспыхнули отчаянным румянцем., – Если ты покончила с Томом, тебе следует также покончить с враньем, – спокойно сказала Кэй и посмотрела на Бев долгим взглядом с такой любовью, что Бев вынуждена была опустить глаза. Она почувствовала в горле соленый привкус слез.
– Кого ты хотела обмануть? – по-прежнему спокойно продолжала Кэй. Она наклонилась через стол и взяла руку Бев. – Темные очки, блузы с длинными рукавами и глухим воротом... Может быть, тебе и удалось обмануть одного-двух твоих покупателей, но тебе не удастся обмануть своих друзей, Бев. Тебе не обмануть людей, которые тебя любят.
И тут Бев действительно заплакала. Она плакала долго и трудно, а Кэй обнимала ее за плечи. И позднее, перед самым сном, она рассказала Кэй то, что не могла рассказать раньше. Старый друг из штата Мэн, который живете Дерри, где она выросла, позвонил ей и напомнил об обещании, которое она дала много лет назад. Настало время выполнить свое обещание, сказал он и спросил, сможет ли она приехать. Она ответила, что приедет. Потом начались неприятности с Томом.
– И какое обещание ты дала? – спросила Кэй.
Беверли медленно покачала головой.
– Я не могу тебе этого сказать, Кэй. Я и так рассказала слишком много.
Кэй подумала и кивнула в ответ.
– Хорошо.
И так достаточно. Что ты решила делать с Томом, когда вернешься из Мэна?
Бев, все более уверенная в том, что больше не вернется из Дерри, лишь ответила:
– Я сначала приеду к тебе и мы решим с тобой, что мне делать. Хорошо?
– Прекрасно, – сказала Кэй. – Это тоже обещание?
– Как только я вернусь, – твердо сказала Бев, – можешь рассчитывать на это. – И она крепко обняла Кэй.
Получив деньги по чеку, выписанному Кэй, и в ее туфлях, Беверли направилась в Грейхаунд, к северу от Милуоки, потому что опасалась, что Том может поехать искать ее в О'Харе. Кэй, которая проводила ее до банка и до автобусной станции, пыталась переубедить ее.
– В О'Харе полно надежных людей, моя дорогая, – сказала она – Тебе не стоит волноваться. Как только он приблизится к тебе, ори во всю глотку, черт возьми.
Беверли покачала головой.
– Я хочу избавиться от него раз и навсегда. И это единственный выход для меня.
Кэй внимательно посмотрела на нее.
– Ты боишься, что он может уговорить тебя вернуться, не так ли?
Беверли подумала о семерых детях, стоящих у ручья, о Стэнли с осколком от бутылки из-под кока-колы, сверкающим на солнце; она подумала о неприятной боли, которая обожгла руку, когда он слегка резанул ей по ладони чуть наискось; она вспомнила, как они, взявшись за руки, встали в круг и поклялись вернуться, если это снова начнется.., вернуться и уничтожить это навсегда.
– Нет, – сказала она, – Он не сможет отговорить меня. Но он может причинить мне боль, и здесь не помогут никакие надежные люди. Ты не видела его прошлой ночью, Кэй.
– Я его достаточно видела при других обстоятельствах, – сказала Кэй, сдвинув брови. – Дырка от задницы, которая ходит, как человек.