Но сейчас эта энергия возвращалась. Нет, не во всем – и не совсем, – но все-таки возвращалась. И не только к нему одному; он чувствовал, что она наполняет всю комнату. Ричи показалось, что Майк выглядит отлично – первый раз с того времени, как они собрались на этот ужасный ланч над пропастью. Когда Ричи вошел в холл и увидел Майка, сидящего с Беном и Эдди, он был шокирован и подумал: Вот человек, который сходит с ума; может быть даже готов покончить жизнь самоубийством. Но сейчас это прошло. Не затаилось, а просто исчезло. Ричи сидел и наблюдал, как последние следы этого безумия исчезают с лица Майка, когда он вспоминал эти случаи с птицей и альбомом. Он наполнился энергией. И то же самое произошло со всеми остальными. Это было видно по их лицам, по их жестам.
Беверли посмотрела на шарики, которые Билл отнес к аппарату микрофильмирования на большом столе.
Голубые шарики.
В ДЕРРИ НИГГЕРЫ ЛОВЯТ ПТИЧЕК Оранжевые шарики.
НЕУДАЧНИКИ ПРОДОЛЖАЮТ ПРОИГРЫВАТЬ. СТЭНЛИ УРИС НАКОНЕЦ ВПЕРЕДИ Господи, – подумал Ричи, открывая новую бутылку пива, – все еще не так плохо. Оно может быть любым монстром, которым Оно хочет быть, и немудрено, что Оно может подпитывать наши страхи.
Эдди нарушил молчание:
– Что, как вы думаете. Оно знает о том, что мы собираемся делать? – спросил он.
– Оно было здесь, правда? – произнес Бен.
– Не думаю, что это имеет большое значение, – ответил Эдди. Билл кивает.
– Это только иллюзии, – сказал он.
– Я не уверен, что Оно может видеть нас и знать, что мы делаем. Вы можете видеть диктора в телевизоре, но он-то вас не видит.
– А эти шарики, ведь они не иллюзии, – Беверли показала пальцем через плечо. – Они-то реальные.
– Но все-таки это неправда, – произнес Ричи, и все смотрят на него.
– Образы реальные. Я уверен. Они...
И вдруг что-то щелкнуло и появилось в комнате, что-то новое; оно щелкнуло с такой силой, что он зажал уши. Глаза его расширились за стеклами очков.
– О, Господи! – неожиданно крикнул он. Он схватился за стол, почти встал, потом опять упал в кресло с глухим шумом. Он посмотрел на Майка, а все остальные испуганно и встревоженно повернулись к нему.
– Горит, – почти крикнул он. – Глаза горят!
Майк! глаза горят...
Майк кивнул, слегка улыбаясь.
– Ррричи, ччто это? – спросил Билл.
Но Риччи не слышал его. Воспоминания наплыли на него как прилив, бросая его попеременно то в жар, то в холод, и он неожиданно понял, почему эти воспоминания возвращаются так постепенно. Если бы он вспомнил все сразу, сила их была бы подобна выстрелу, разрывающему виски. Они снесли бы ему весь затылок.
– Мы видели, что Оно пришло! – сказал он Майку. – Ведь правда, мы видели, что Оно пришло? Ты и я.., или, может быть, это был не я? – Он схватил руку Майка, которая лежала на столе. – Ты тоже видел это, Майки, или это только я? Ты видел? Лесной костер? Кратер?
– Да, я видел, – ответил Майк спокойно и стиснул руку Ричи. Ричи закрыл глаза, думая, что он никогда не чувствовал такой мощной волны облегчения в своей жизни.
– О чем вы, парни? – спросил Эдди, глядя то на одного, то на другого.
Ричи посмотрел на Майка, но Майк покачал головой.
– Давай ты, Ричи. Я скажу что-нибудь вечером.
– Вы все не знаете, а может быть, просто не запомнили, потому что вы ушли, – сказал им Ричи. – Я и Майки были последними индейцами в вигваме с дымовым отверстием.
– Дымовое отверстие, – сказал Билл задумчиво. Глаза его были где-то далеко, и они светились голубым.
– Ощущение горения в глазах, – сказал Ричи, – под моими контактными линзами. Я первый раз почувствовал его сразу после того, как Майк позвонил мне в Калифорнию. Я не знал, что это такое, но сейчас я знаю. Это был дым 27-летней давности.