Что-то преследовало его по пятам.
Эдди слышал, как это что-то раздвинуло ивняк вслед за ним. Если он обернется, то увидит. Оно настигало. Слышалась шаркающая, хлюпающая походка… Но оборачиваться нельзя, нужно смотреть на свет фонаря, и все пройдет, надо идти на свет, он уже почти рядом…
Обернуться его заставил запах — непреодолимый смрад, будто вокруг него горы протухшей рыбы. Смрад разложения.
Его преследовал вовсе не Дорси; это было Существо из «Черной Лагуны». С узким морщинистым рылом. Зеленоватая слизь струилась по щекам из черных глазниц. Белые глаза колыхались как желе. Узловатые пальцы Существа оканчивались острыми как бритва когтями. Дышало оно с бульканьем, как из трубки акваланга. Заметив брошенный на него Эдди взгляд, Существо раздвинуло черно-зеленые губы в мертвенном оскале.
Оно поволоклось к мальчику, мокро хлюпая… До Эдди дошло: оно намеревалось утащить его в канал, унести в темноту и сырость подземного прохода. И там съесть.
Мальчик собирался с силами для решающего броска к фонарю; свет его был совсем близко, можно было даже различить мотыльков, прилипших к плафону. По улице проехал грузовик из второй колонны, водитель переключил передачу перед подъемом, и Эдди с тоской подумал, что он может пить кофе из бумажного стаканчика, слушать музыку из приемника, нимало не подозревая, что в паре сотен ярдов от него мальчик, которого в следующие двадцать секунд непременно убьют…
Вонь. Удушающий смрад исходил от Существа. Оно настигало. Оно было совсем близко.
На пути Эдди оказалась лавочка; ребята, играя, опрокинули ее, и сиденье выглядывало из травы дюйма на два, не более. Зеленое на зеленом, оно было почти незаметным, и Эдди напоролся на его край; боль пронзила его тело насквозь. Эдди рухнул в траву.
Подняв голову, он увидел, что Существо склонилось на ним, блестя белыми яйцами-глазами; со скул капала слизь, кадык жадно двигался вверх-вниз, кожа на щеках висела складками.
— Ах!.. — только и вырвалось у Эдди. — Аах!.. Аа…
Он отползал, глубоко вонзая пальцы в дерн и отталкиваясь.
За секунду до того, как скрюченные и пропахшие рыбой пальцы Существа вцепились в горло мальчика, он успел подумать: «Это сон; так бывает. Нет здесь никого, и нет «Черной Лагуны», а если и есть, то где-нибудь в Южной Америке или в парке Эверглейдс во Флориде или где-нибудь еще. Это только сон, и я проснусь в своей постели, а может, на эстраде под листьями, или…»
Но руки Существа уже сомкнулись на шее Эдди, оборвав его жалкие стоны. Оно перевернуло мальчика, оставив кровавые следы когтей. Эдди не нашел сил оторвать взгляд от мерцающих белых глаз. Он ощущал даже ткань между пальцами Существа, схватившими его горло как живые водоросли. Его широко раскрытые глаза заметили то ли плавник, то ли гребень, то ли что-то вроде ядовитого рога, увенчивавшего шишковатую голову. Пальцы продолжали сжимать горло, воздуха не хватало, закатившиеся глаза цеплялись за свет фонаря, ставший дымчато-зеленым от мембраны.
— Тебя… здесь… нет, — выдохнул Эдди, но серые облака все сгущались, и мальчик успел подумать напоследок, что это не сон, что Существо реально. Потом все поглотил мрак…
Но мозг продолжал жить и когда Существо погрузило когти-крючья в мякоть шеи, и когда жарко и безболезненно хлынула кровь из сонной артерии, вымазав морщинистую шкуру Существа (оно при этом довольно заурчало), агонизирующие пальцы Эдди наткнулись на застежку на спине Существа… и разжались лишь когда Существо со смачным, довольным хрюканьем оторвало голову от туловища.
Как только глаза Эдди с отражением обличья Существа стали стекленеть, Оно тут же видоизменилось…
4
Мучаясь от недосыпа и дурных сновидений, мальчик по имени Майкл Хэнлон в первый день школьных каникул встал задолго до рассвета. Заря только занималась, поднимаясь из густого, стелющегося тумана, обещавшего к 8 утра отличную летнюю погоду.
Однако это в перспективе. А пока мир был серым и сонным как кошка на ковре.
Мальчик натянул на себя вельветовые джинсы, майку и черные кроссовки, спустился вниз, проглотил миску пшенки (он не слишком жаловал ее, но что делать — получил в качестве приза), оседлал велосипед и покатил в центр, держась ближе к тротуару из-за тумана. Туман искажал очертания предметов, выставляя обыкновенные пожарные гидранты и стоп-сигналы мистическими объектами — странными и даже зловещими. Автомобили были слышны, но невидимы; туман создавал акустические иллюзии: совершенно невозможно определить, насколько далеко машина, пока она не оказывалась совсем рядом, возникая из молока как призрак с противотуманными фарами.