— Тебе нечего стыдиться, малыш, кроме неудачно выбранного места. А ты… вычитал это в книге?
Мальчик покачал головой.
— Сам придумал?
— Да, сэр.
— Ну молодец. Ты далеко пойдешь, парень, не сомневаюсь. Но Бар’нс — не место для экспериментов. — Он в задумчивости оглядел мальчишек. — Здесь это ни к чему. Паршивое место. — Коп вздохнул. — Разберите запруду, парни. Надо разобрать. Я присяду здесь в кустах и подожду малость, пока вам есть чем заняться. — Он бросил иронический взгляд на Ричи, как бы приглашая того выдать что-нибудь.
— Хорошо, сэр, — смиренно произнес Ричи, на удивление ничего не добавив. Мистер Нелл удовлетворенно кивнул, и мальчики приступили к работе, вновь обратившись к Бену как к знавшему кратчайший путь разборки построенного по его проекту. Тем временем мистер Нелл достал из кармана коричневую фляжку и сделал неординарный глоток. Он закашлялся и, переведя дыхание, посмотрел на мальчишек кроткими водянистыми глазами.
— А что у вас в бутылке, сэр? — спросил Ричи, стоя по колено в воде.
— Ричи, заткнулся бы ты, — прошипел Эдди.
— Это? — Мистер Нелл воззрился на фляжку без этикетки, затем на Ричи. — Это напиток королей… А теперь сделай так, чтобы я тебя долго искал.
3
Несколько позже Билл и Ричи возвращались домой по Уитчем-стрит. Билл вел «Сильвера» «в поводу»; после постройки, а затем и разрушения запруды у него практически не оставалось сил крутить педали. Мальчики были грязными, взъерошенными и безмерно усталыми.
Стэн предлагал им поиграть во что-нибудь у него дома, но они отказались. Было уже поздно. Бен, похожий на выжатый лимон, заявил, что собирается посмотреть, не вернул ли кто-нибудь его библиотечные книжки. Он сохранял надежду, поскольку в библиотечном формуляре имелись его имя и адрес. Эдди сказал, что намерен посмотреть по телевизору «Рок-Шоу» и уточнить, не негр ли Нил Седака. Стэн порекомендовал Эдди не пороть чепухи, поскольку Нил Седака — белый; это становится ясным, лишь только послушаешь его. Эдди на это ответил, что нельзя определить по слуху, белый человек или нет; например, Чака Берри считали белым, пока он не «вышел на эстраду» и не оказался негром.
— Моя мать до сих пор считает его белым, — добавил Эдди, — и это здорово, потому что узнай она, что Берри — негр, не дала бы мне слушать его песни.
В конце концов Стэн поспорил с Эдди на четыре книжки, что Нил Седака — белый, и они вместе двинулись к Эдди домой для разрешения спора.
Таким образом, компанию Биллу составил Ричи; домой шли молча, разговаривать было лень. Ричи все еще был под впечатлением рассказа Денборо о фотографии брата. Несмотря на общую разбитость, способность мыслить он не потерял, и теперь у него в голове билась кое-какая мыслишка, неординарная и… определенно привлекательная.
— Старина Билл, — нарушил он молчание, — постой чуток. Отдохнем, я просто с ног валюсь.
— Да иди ты, — угрюмо откликнулся Билл, тем не менее остановившись и аккуратно уложив «Сильвера» на газон богословской семинарии. Мальчики уселись на широких ступенях здания в викторианском стиле.
— Ч-что за д-день, — тем же мрачным голосом произнес Билл. От усталости у мальчика под глазами появились серые полукружья, да и лицо вообще выглядело бледным и изможденным. — П-пойдем лучше к т-тебе. Т-твои п-предки не с-станут нести чушь.
— Да, будь спок. Слушай, Билл… — Ричи смолк, вспомнив о мумии Бена, Эддином сифилитике и о том, что так и не успел рассказать Стэн. Никак не хотела оформиться какая-то идейка насчет статуи Пола Баньяна. Ну и ладно, все равно это, наверно, «пустышка». Ричи прогнал ее.
— Что ты скажешь, если мы все же зайдем к тебе? Давай попробуем еще раз заглянуть в комнату Джорджи. Мне тоже хочется взглянуть на фото.
Билл потерянно глядел на Ричи, даже не найдя сразу, что возразить, — настолько неожиданным было предложение. Придя в себя, он яростно замотал головой: решительно не согласен.
— Но ты же слышал, что сказал Эдди? А Бен? Ты же им веришь? — убеждал Ричи.
— Н-не з-знаю, но н-наверное, ч-что-то б-было.
— Мне тоже так кажется. Больше того, я уверен, что все дети, которые уже стали жертвами, могли многое рассказать. Вся разница между ними и Эдди с Беном в том, что наши ребята не попались.