Билл вопросительно изогнул бровь. Эта мысль, однако, тоже приходила ему в голову. На это и надеялся Ричи: Билл не был тупицей, хотя и разговаривал с большим трудом.
— Ладно, Большой Билл, не будем копать слишком глубоко. У нас есть тип, вырядившийся клоуном — черт его знает зачем, ведь нормальному сумасшедшего не понять, так?
— Т-т-т…
— Так. Будем считать, что он — как Джокер в «Бэтмене». — Собственная мысль привела Ричи в возбужденное состояние. Его поразило, что, доказывая нечто не вполне ясное и напуская словесного дыма, он отчетливо представляет себе комнату Джорджа и фото из альбома. Впрочем, может быть, это и не имеет особого значения. Главное, чтобы этим же проникся и Билл.
— А где с-связь с фот-тографией?
— А как ты думаешь?
Понизив голос и не глядя на Ричи, Билл сказал:
— М-мне к-кажется, что эт-то п-призрак Джу-джорджи.
— Призрак на фото?
Билл кивнул.
Ричи уже думал об этом, и это не слишком тревожило его детский мозг: мальчик был уверен, что призраки существуют. Рожденный в методистской семье, Ричи ходил в церковь каждое воскресенье и принимал участие в собраниях детей методистов по четвергам. Парень неплохо освоил Библию и знал ее трактовку сверхъестественного. Согласно Библии, и сам Бог являл собой триединый Призрак, и это еще только цветочки. А демоны, которых Он изгнал из того мужика — те еще ребятки. Ричи помнил еще, что когда Иисус спросил у мужика, кто сказал ему, как Его зовут, демоны ответили Ему, посоветовав обратиться в Иностранный Легион или куда-то там еще. Библия утверждает, и что колдовство есть, иначе как объяснить, что там говорится о лишении колдунов жизни. Да и вообще Библию порой читать даже интереснее, чем комиксы ужасов. Например, как бросают в кипящее масло или вешаются подобно Иуде Искариоту; как нечестивый царь Ахаз упал с башни, а собаки сбежались, чтобы вылизать его кровь; как происходило массовое убийство детей, когда родился Моисей и сам Христос; как мертвецы выходят из могил и летают по воздуху; как солдаты заколдовывали городские стены; как пророки предсказывали будущее и побеждали чудовищ. Каждое слово в Библии — правда; так говорит преподобный отец Крейг, а значит, и родители Ричи, и сам Ричи. Потому Ричи и стремился так услышать от Билла объяснение: этого требовала логика его рассуждений.
— Но ты сказал, что испугался. Чем тебя напугал призрак Джорджа?
Билл инстинктивно поднес руку ко рту. Пальцы мелко подрагивали.
— Н-наверно, он с-сердит н-на м-меня. П-потому ч-что его уб-били. Эт-то моя вина. Я п-п-послал его на с-с-с… — Он так и не смог выговорить это проклятое слово и просто сделал движение рукой. Ричи кивнул, показывая, что понял, но несогласен.
— Не думаю, — мотнул он головой. — Если бы ты обругал его или побил, другое дело. Или если ты дал бы ему заряженное отцовское ружье, а он вдруг застрелился. Ты же не ружье — ты лодку дал, и не желал ему при этом зла. Так что фактически… — Ричи поднял вверх палец и ткнул им в сторону Билла, — …ты хотел лишь доставить ему маленькую радость, так?
Лицо Билла потемнело: он заново переживал потерю брата из-за упрямства приятеля; вместе с тем слова Ричи принесли некоторое облегчение. И все же какая-то частица сознания твердила: «Твоя вина. Все равно ты причастен».
«А если нет, то как объяснить отчужденность отца и матери? А если нет, то почему ужин каждый вечер проходит в гробовом молчании? Почему слышится лишь стук ножей и вилок, и единственные слова — это его собственные слова извинения, когда он выходит из-за стола, покончив с ужином?»
Будто это он, Билл — призрак, существо, способное говорить и передвигаться, но которое никто не слышит и не замечает его присутствия.
Его ужасно мучило это положение без вины виноватого, но единственное объяснение этой метаморфозы с его родителями было как нож в сердце: их поведение означало, что вся родительская любовь растрачена на них обоих до смерти Джорджа, и младшего любили больше, а на старшего теперь не оставалось ничего, и что бы ни случилось — этого не изменить. Приставив ухо к замочной скважине этой двери, можно услышать почти осязаемое дыхание безумия.
Возвращаясь к своим собственным действиям, словам, надеждам со времени смерти брата, Билл чувствовал, как убежденность Ричи передается и ему, но комплекс вины перед покойным братом не хотел отступать. Конечно же, он как старший брат отнюдь не был святым. Между ними бывали стычки, и даже нередко. Но в тот день?