— В декабре прошлого года восьмилетний мальчик по имени Стивен Джонсон был обнаружен мертвым в Мемориал-парке. Как и Адриан Меллон, он был страшно изуродован перед смертью или сразу же после, но выглядел он так, как будто умер от страха.
— Изнасилование? — спросил Эдди.
— Нет, просто изуродован.
— Сколько их всего? — спросил Эдди, не поднимая головы, как будто вовсе не хотел знать об этом.
— Очень много, — сказал Майк.
— Сколько? — повторил Билл.
— Девять. Вот как далеко это зашло.
— Не может быть! — вскричала Беверли. — Я должна была прочитать об этом в газетах… увидеть в новостях по телевизору! Когда этот сумасшедший полицейский убивал женщин в Касл Рок, в Мэне… и те дети, которых убили в Атланте…
— Совершенно верно, — сказал Майк, — я много думал об этом. Эти случаи очень похожи на то, что происходит здесь. И Бев права: они должны были сообщить об этом в новостях. В каком-то смысле, сравнение с Атлантой страшит меня больше всего. Убийство девятерых детей… тут должны были понаехать корреспонденты и из газет, и с телевидения, и псевдо-психиатры, и репортеры из «Еженедельника Атланты» и «Роллинг Стоун»… короче говоря, весь журналистский люд.
— Но этого не произошло, — сказал Билл.
— Нет, — сказал Майк, — не произошло. Ну, не совсем так, — в воскресном приложении к «Портленд санди телеграф» было короткое сообщение, да еще в «Бостон глоуб» — о первых двух убийствах. Телевизионная программа Бостонского TV «Добрый день!» в феврале показала фрагменты нераскрытых убийств, и один из экспертов упомянул об убийствах в Дерри, но только фрагментально… и, конечно, не говорил ни о каких связях с подобными убийствами в 1957–1958 годах и в 1929–1930.
Есть, конечно, внешняя причина. Атланта, Нью-Йорк, Чикаго, Детройт… это все большие города с развитой информационной структурой, и когда там что-нибудь случается, поднимается шумиха. В Дерри нет ни теле-, ни радиостанций, только маленькие радиостанции в средней школе. А Бангор тоже стоит в стороне от средств массовой информации.
— За исключением «Дерри Ньюз», — сказал Эдди, и все они засмеялись.
— Но мы все знаем, что дело не в этом. Средства связи сейчас таковы, что некоторые вещи должна знать вся нация. Но этого не произошло. И я думаю, причина вот в чем: Оно не захотело этого.
— Оно, — прошептал Билл почти про себя.
— Оно, — повторил Майк. — Если мы хотим как-то обозвать Это, то лучше всего называть его ОНО. Я пришел к мысли, что, понимаете, Оно пребывало здесь так долго… чем бы Оно ни было… что стало как бы частью Дерри, так же, как Городской парк, Труба, Канал, Бассей-парк или библиотека. Только Оно — не часть географии города, вы понимаете. Может быть, когда-то и было так… но сейчас Оно — внутри. Каким-то образом Оно проникло внутрь. Это единственное, чем я могу объяснить происходящие здесь ужасные вещи, номинально — объяснимые, а фактически — нет. В 1930 году здесь был пожар в негритянском ночном клубе «Черное Местечко». А за год до этого несколько грабителей было казнено на набережной Канала прямо среди бела дня.
— Банда Брэдли, — сказал Билл. — ФБР поймало их, да?
— Так говорят исторические источники. Но это не совсем точно. Насколько мне удалось разузнать — и я почти уверен, что так оно и было, потому что я люблю этот город и многое бы дал, чтобы это было не так, — банда Брэдли, всего их было семь человек, фактически была расстреляна примерными гражданами Дерри. Когда-нибудь я вам об этом расскажу.
Также произошел взрыв на чугунолитейном заводе Кичнера во время Пасхи 1906 года. Затем была серия чудовищных увечий животных в том же году, которые в конце концов приписали Эндри Рулину — сейчас его внучатый племянник заправляет на Фермах Рулина. Очевидно, его до смерти забили дубинками те самые депутаты, которые и притащили его с собой. Ни одного из депутатов ни разу даже не вызвали в суд.
Майк Хэнлон вытащил небольшую записную книжку из внутреннего кармана и пролистал ее.
— В 1877 году произошло четыре линчевания в черте города, — заговорил он, не поднимая глаз. — Одним из тех, кто вздергивал людей на веревку, был проповедник из мирян из Методистской церкви. Впоследствии он утопил своих четверых детей, как котят в ванной, а потом убил свою жену выстрелом в голову; он вложил ей в руки ружье, чтобы это походило на самоубийство, но никого не удалось одурачить. За год до этого четверо бродяг были обнаружены мертвыми в хижине вниз по течению Кендускеага, они были буквально разорваны на части. Исчезновение детей и целых семей — вот что записано в старых хрониках… но ни в одном официальном документе нет даже упоминаний об этом. Подобное продолжается и поныне. Что вы думаете по этому поводу?