Самый большой ущерб в тот день нанес Неудачникам Виктор Крисс, отчасти оттого, что был неплохим бейсбольным питчером, но в основном, как ни парадоксально звучит, оттого, что он единственный был взволнован происходящим. С каждой минутой ему все больше хотелось поскорее убраться отсюда. В драке с камнями можно серьезно пострадать: можно размозжить кому-нибудь череп или выбить зубы или даже глаз. Но, несмотря на это, он участвовал в этой драке с самого начала, он действительно в ней участвовал. И пытался заглушить беспокойное чувство.
Благодаря своему хладнокровию он выиграл полминуты и набрал пригоршню крупных камней. Один из них он послал в Эдди, так как Неудачники перестроили свою стрелковую цепь, и попал ему в подбородок. Он с криком упал, и из раны сразу же потекла кровь. Бен обернулся к нему, но Эдди уже вставал на ноги; кровь на его мертвенно-бледной коже казалась ужасающе красной.
Виктор бросил камень в Ричи, и камень отскочил от его груди. Ричи бросил камень в Виктора. Вик легко увернулся и запустил одним из снарядов в Билла Денбро. Билл убрал голову, но недостаточно быстро — камень сильно рассек ему щеку.
Билл повернулся к Виктору. Их глаза встретились, и Виктор увидел во взгляде этого заикающегося мальчика нечто такое, что в два счета отрезвило его. Невероятно, но с его губ уже были готовы сорваться слова: «Я больше не буду»… но он ничего не сказал этому маленькому парню, не то его дружки спустили бы на него всех собак.
Билл пошел на Виктора, Виктор пошел на Билла. В этот момент, словно по какому-то телепатическому сигналу, они начали бросать друг в друга камни, продолжая при этом сближаться. Основная борьба разворачивалась вокруг этих двух ребят, поэтому остальные остановились и стали наблюдать за ними, даже Генри повернул голову.
Виктор уворачивался и наклонялся, а Билл даже не пытался избежать ударов. Камни, посланные Виктором, били его в грудь, плечи, живот. Один из них поранил ухо. Билл невозмутимо бросал один камень за другим с убийственной силой. Третий камень, пущенный Биллом, с сухим ломким хрустом попал Виктору в колено. Его боеприпасы подошли к концу. У Билла оставался последний камень, гладкий и белый, с кварцевым отливом, несколько напоминающий по размеру и по форме утиное яйцо. Виктор Крисс подумал, что он должен быть очень твердым.
Билла отделяло от него менее пяти футов.
— Ттты, уубирайся отсюда, сссейчас же, — сказал он, — или я пппроломлю тттебе ббашку. Я нне шучу.
Взглянув в глаза Билла, Виктор понял, что он действительно сделает это. Не сказав ни слова, он повернулся и направился туда, куда ушел Питер Гордон.
Белч и Лось Садлер неуверенно озирались. Из уголка рта Садлера стекала кровь. По лицу Белча из раненой головы тоже текла кровь.
Генри шевельнул губами, но не произнес ни слова.
Билл повернулся к Генри.
— Уубирайтесь, — сказал он.
— А если я не уберусь? — Генри пытался говорить грубо, но Билл видел, какие у него были глаза. Он напуган, и он уйдет. Казалось, Билл должен был почувствовать радость, даже триумф, но он не чувствовал ничего, кроме усталости.
— Если тты нне уберешься, — сказал Билл, — мммы ттебя вввынссем. Я додумаю, что шесть ччеловек сссмогут уложить ттебя в бббольницу, — Семь, — сказал Майк Хэнлон и присоединился к ним. В каждой руке он держал по камню размером с теннисный мяч. — Только попробуй тронуть меня, Бауэрc. Я с удовольствием отправлю тебя в больницу.
— Ты, вонючий НИГГЕР! — срывающимся голосом, в котором уже слышались слезы, завопил Генри. Услышав этот крик, Белч и Лось решили для себя исход сражения: они отступили, и последние камни выпали у них из рук. Белч оглянулся вокруг, как бы не понимая, где он находится.
— Убирайтесь с нашего места, — сказала Беверли.
— Заткнись ты, сиповка, — сказал Генри. — Ты… Четыре камня полетели в него одновременно. Он закричал и пополз назад по заросшей полынью земле, лохмотья рубашки волочились вслед за ним. Он перевел взгляд с суровых лиц мальчишек на обезумевшие лица Белча и Лося. От них нечего ждать помощи. Лось сконфуженно отвернулся.
Генри встал, всхлипывая и шмыгая разбитым носом.
— Я всех вас убью, — сказал он и неожиданно побежал. Через минуту он скрылся из виду.
— Дддавай, — сказал Билл, обращаясь к Белчу. — Убирайся отттсюда. И ббболше ччтобы я тттебя здесь нне видел. Барренс наш.
— Размечтался. Лучше не стой Генри поперек дороги, малыш, — сказал Белч. — Пошли, Лось.