— F это самая н-н-низкая оценка, — пояснил Билл. — Самая хорошая это A.
— Хотите сказать, что она хуже всех??
— Шесть правильных отв-в-ветов из тридцати.
Пеннивайз отдал лист Денбро и посмотрел на девочку с некой растерянностью. Та стыдливо отвела глаза, хоть и понимала, что не обязана перед ним отчитываться.
— Беверли... — вздохнул он. Та лишь рухнула на стул рядом с ним и закрыла лицо руками.
— Боже, это ужасно! Я круглый ноль в математике!
— Это да, только ноль вообще овальный, — шепнул на ухо Эдди Ричи.
— Это конец, — она откинула голову и посмотрела в потолок, затем на Пеннивайза. — Я попаду в отсталый класс, не поступлю в хороший колледж, останусь в Дерри и буду вечно стоять за кассой! Прямо как тыыыыыы...
— Это временно, — развёл руками монстр.
— А самое страшное, — продолжила Марш, — что Миссис Кол и ни от меня, ни от тебя не отстанет!
— Так... ладно...
— Ты не понимаешь! — она схватила его за рубашку. В первый раз Марш добровольно коснулась клоуна. Тот опешил, но не подал виду. Неудачники тоже вздрогнули от столь неожиданного движения. — Я ничего не знаю! НИ-ЧЕ-ГО! Совсем!
— Хорошо, хорошо. Я тебя понял. Ты можешь меня отпустить, — мягко сказал он, как бы давая понять, что девочке надо сбавить свой пыл. Беверли пришла в себя и разжала пальцы. Смятая рубашка вновь свободно повисла на теле клоуна.
— Послушай, ты же не можешь совсем ничего не знать. Ты умеешь считать... писать цифры... это уже что-то.
— Этого мало, — вздохнула Марш.
— Пусть они тебя научат, — клоун показал пальцем на ребят.
— Думаешь, мы не пытались? — поднял левую бровь Ричи. — Обучить всей программе седьмого класса за неделю невозможно!
— Брось, — состроил гримасу монстр. Он сел на стол и положил ногу на ногу. — Математика не может быть такой сложной.
— Ты хоть что-то в этом понимаешь? — с иронией спросил Эдди.
— Конечно!
— Ладно, сколько будет три в квадрате?
— Шесть! — без тени сомнения воскликнул монстр. Беверли стукнула рукой по лбу.
— Пеннивайз... математика не так работает!
— Нет? — на секунду лицо клоуна слегка порозовело, словно ему стало стыдно за сказанную глупость. Но лишь на секунду. Он быстро сменил тень смущения на фирменную ухмылку и, спрыгнув со стола, выхватил тест из рук Билла. — Не важно! Я — быстрообучаем. Расскажите мне про эту вашу математику. А я растолкую Беверли. Дайте мне... три часа.
— Три часа? Невозможно освоить математику с нуля за три часа! Это просто нереально! — начал возникать Эдди.
— Нереально? То, что вы люди зовёте наукой, строится по определенным алгоритмам. Это как цепь. За одним звеном непременно идёт другое. В этом разобраться гораздо легче, чем например в... чувствах. Потому что, серьёзно, люди плачут непонятно зачем, смеются без причины, делают какие-то неоправданные действия.
— Это ты себя сейчас описал? — саркастично спросил Ричи, но монстр пропустил это мимо ушей.
— Я живу достаточно долго, чтобы разбираться во многих вещах. И с этими цифрами я тоже справлюсь. Дайте мне материал, который вы изучаете.
— К-к-как хочешь, — без особых надежд пожал плечами Денбро и, вынув из рюкзака учебник, протянул монстру. Тот резким движением взял его и начал бездумно пролистывать страницы.
— Картинок там нет, можешь не искать, — вновь пустил в ход сарказм Тойзер. Пеннивайз оторвал взгляд от книги и посмотрел на него полу-желтыми глазами.
— Мое терпение не вечно, Ричи, — своим совсем уж клоунским голосом прохихикал он. Мальчик закрыл рот и сделал пару шагов назад, вспомнив, с кем он разговаривает. Монстр вновь вернулся за стойку и, уперевшись в нее локтями, открыл первую страницу. Неудачники всё ещё стояли в центре кафе, не зная, что теперь делать.
— Так и будете стоять тут? — усмехнулся клоун, переводя взгляд с учебника. — Идите домой, — он перевёл взгляд на Марш. — А ты останься. Постоишь за прилавком.
— Сам не можешь? — устало протянула девочка, измождённая всем этим абсурдом.
— Я читаю! — помахал Пеннивайз книгой. Бен потянул Беверли на себя, собирая всех в кучу.
— Мы тебя одну не оставим, — твёрдо сказал мальчик.
— Всё хорошо, ребята. На улице кругом люди, сейчас день.
— Когда это его останавливало? — вздохнул Майк, вспомнив, как клоун махал ему из кустов оторванной рукой в присутствии Генри и его банды.
— У вас тоже есть дела. Я посижу тут, скоро придут покупатели. Тем более... — она посмотрела на читающего Пеннивайза. Тот распластался по стойке и, перелистнув страницу книги, столкнул локтем пластиковые стаканчики. В попытке их поднять он ударился тем же самым локтем и, схватившись за него, снёс пластиковые ложки с криком: “Дурацкое тело!”
— Лучше мне тут за всем приглядеть...
— Я посижу с тобой, мне все равно дома делать нечего, — сказал Бен.
Марш улыбнулась ему в знак согласия. Ей и самой не очень хотелось торчать наедине с монстром. Стоявший сзади и не сказавший ни слова Стен, мялся в ожидании, когда сможет покинуть зону досягаемости клоуна. Наконец, неудачники покинули магазин, оставив Бена и Беверли вместе с читающим Пеннивайзом. Тот вышел из-за прилавка и, попутно надев на Марш рабочую шапочку, устроился за одним из столиков. Девочка вздохнула и встала за стойку вместе с другом. Посетители не заставили себя долго ждать, и скоро за мороженым начали приходить дети, которые ушли с уроков и предпочли домашнему супу мороженную сладость. Клоун лишь изредка отрывался от учебника, провожая маленьких покупателей хищным взглядом. Беверли и Бен замечали это и старались не тянуть с заказами. Парочка подростков даже осталась в магазинчике и устроилась за соседним с Пеннивайзом столиком. Тот старался сфокусироваться на чтении учебника, но всё же изредка отвлекался, посматривая на поедающих мороженое детей и вытирая стекающие с подбородка слюни. В конце концов, Бен не выдержал и поставил ему на стол пачку салфеток, которыми клоун подавлял обильное слюноотделение. В общих чертах, рабочий день проходил вполне сносно.
Тем временем, остальные неудачники двигались в сторону дома Билла, чтобы забрать вещи подруги и отвезти к Ричи, у которого она должна была ночевать. Единственный, кому нужно было ехать в другую сторону, был Стен. Он покинул друзей ещё на половине пути, свернув на улицу, которая через квартал вела на Нейбол. Чтобы не наткнуться на 29-й дом, мальчик решил срезать путь через местное кладбище. Оно было не такое, как в фильмах ужасов. Просто старые каменные надгробия, торчащие из земли и обвитые плющом. Стен иногда даже специально останавливался у него, чтобы почитать неизвестные ему имена тех, кто давно ушёл из жизни. Единственное, что пугало Уриса — тоже быть похороненным там. Это означало бы, что он так и не смог покинуть Дерри и всю жизнь прожил в ненавистном городе. Тот факт, что кладбище даже не являлось еврейским, его почему-то не особо волновал.
В очередной раз проезжая мимо ржавой ограды “Некрополя Дерри”, он резко остановился, увидев знакомые фигуры. С другой стороны, метрах в десяти, стояли Генри и Хаггинс. Внутри Уриса началась борьба между любопытством и инстинктом самосохранения. Ему было интересно, что же они делают в таком нехарактерном для них месте, однако мысль, что он может быть искалечен и погребён заживо двумя отморозками, не давала покоя. Стен уже надавил на педали, когда услышал громкий выстрел. Он заставил мальчика упасть с велосипеда, пробуждая воспоминания о том моменте, когда неудачники услышали похожий звук на озере, который был последним для совершившей самоубийство Мелори Роз. Урис упал, зажав уши руками. Повернувшись к забору, он увидел, как Генри держит пистолет над головой, что-то крича. Подросток сделал ещё один выстрел в воздух и убрал пистолет в карман. Мальчик подполз ближе и, протиснувшись в дырку в решётке, спрятался за первым попавшимся надгробием. Хаггинс достал из кармана какую-то коробочку и начал её открывать. Урис прищурился, чтобы лучше рассмотреть неизвестный предмет и облокотился на камень с именем покойного. Рыхлая почва не выдержала давления, и надгробие упало на землю. Звук падения разнесся в тишине кладбища. Подростки обернулись и увидели валяющегося на земле Стена.