— Где я? — спросил он непонятно у кого. Вопрос растворился в воздухе, застилаясь пеленой дождя. Монстр посмотрел на руки, одетые в белоснежные перчатки. Давно он не видел себя в таком облике. Если не считать цирка, конечно. Хотя и там он не смог насладиться им, за такой короткий срок.
Тут вдалеке он увидел что-то маленькое и светлое, стремительно приближающиеся к нему. Это был бумажный кораблик. Подобно Титанику, бороздящему океан, он, рассекая потоки воды, плыл на встречу Пеннивайзу, будто к айсбергу. Но его курс сбился, и кораблик начал приближаться к канализационному сливу. Однако монстр не мог этого допустить, словно эта маленькая посудина была чем-то очень для него важным.
— Нет! — Пеннивайз ринулся за ним, наступая в глубокие лужи и разбрызгивая воду.
Он вытянул руку, в попытках схватить уплывающего странника, но тот в последний момент скрылся во тьме стока, заставляя клоуна упасть на колени, безнадёжно смотря вглубь канализации, словно надеясь, что кораблик вернётся к нему.
— Он снова уплыл, — послышался сзади тонкий голосок.
Монстр обернулся. Перед ним стоял Джорджи. Правая рука мальчика была откушена по плечо. Из раны струйками вытекала кровь, перемешиваясь с дождевой водой и уплывая дальше по улице. На нем был желтый дождевик и резиновые сапожки. Мокрые волосы прилипли ко лбу, несмотря на то, что их прикрывал капюшон.
— Джорджи? — голос клоуна дрожал. Он встал, возвышаясь над мальчиком. — Что ты тут делаешь?
— Может лучше спросить, что тут делаешь ТЫ? — ответил вопросом на вопрос малыш. Пеннивайз осмотрелся. Джексон-стрит выглядела как обычно, разве что...
— Трава. Почему трава зелёная? Сейчас ведь осень, — растерялся клоун.
— Разве?
Монстр ещё раз окинул взглядом всю местность. В голову ударило воспоминание.
— Это тот день... когда я утащил тебя... — дошло до него Денбро младший подошёл к сливу и заглянул в него. Пеннивайз смотрел на его руку. Как алая жидкость не переставая струиться по желтому дождевику. Но чувства голода не было. Совсем.
— Где мы, Джорджи?
— Это самое запутанное и ужасное место, которое можно найти, — улыбнулся мальчик, словно в его словах не было ничего жуткого. — Твоё подсознание.
У клоуна сперло дыхание. Он начал вертеть головой. Людей на улице не было, никаких звуков, кроме дождя не было слышно. Как фоновая картинка, без мелких деталей. Пеннивайз начал вспоминать, что было до этого. В голову ничего не приходило, словно всю память стёрли.
— Вспоминай, — настойчиво сказал Джорджи, в упор смотря на него.
— Я... я сидел на Нейбол. Меня схватили. Это был... похититель! Да! Верно. Там был Стен... и ещё какая-то пропавшая девочка, — он зажмурился, словно собирая мысли в кучу. — Было больно, в животе. Меня... меня проткнули, — он непроизвольно посмотрел вниз, но ни кровавой раны, ни порванной одежды не было.
— Я... умер?
— Пока нет. Но это поправимо, — малыш подставил здоровую руку под дождь. Капли врезались в маленькую ладонь. Пеннивайз смотрел на него, не понимая, что происходит.
— Ты... ты не Джорджи.
— Я тот Джорджи, которого ты себе создал. Таким ты видишь его.
— Что тебе нужно от меня?
— Эх, и вновь неправильный вопрос, — закачал головой мальчик, состроив расстроенную физиономию. — Что ТЕБЕ от тебя нужно? — малыш начал перепрыгивать с одной лужи на другую, весело напевая. — Он стукнул кулаком об стол, крича, что призрак вновь пришёл! Он стукнул кулаком об стол...
Монстр стоял, сминая в руках свой костюм и переваривая только что сказанное ему мальчиком. Дождь не переставал лить, прилепляя рыжие кудри к высокому лбу клоуна.
— Я должен вернуться.
— Вернуться? — Джорджи остановился и посмотрел на него. — Вернуться к ним? Жить человеческой жизнью? — монстр молчал. Такая перспектива его не особо радовала. — А если я скажу, что ты можешь прямо сейчас уснуть? На весь срок. Проснёшься, и всё будет как раньше. Никаких Неудачников, миссис Кол, полиции, работы, обязанностей, сумасшедших старушек.
— Но... тогда Стен умрет.
— А тебе есть до этого дело? Он такой же ребёнок, как и сотни других, — пожал плечами Денбро-младший. — Все они просто еда. Ни это ли было для тебя главной целью? Отобедать клубом неудачников.
— Зачем? Зачем ты говоришь мне это?? — не понимал Пеннивайз.
— Ты сам себе это говоришь, — мальчик посмотрел на откушенную конечность. — Посмотри, что ты сделал со мной. Если бы Джорджи узнал, что ты виновен в этом, он был никогда не простил тебя.
— Я его тогда не знал...
— Это не оправдание.
Дождь усилился. Вода быстрыми потоками бежала по улице. У монстра создалось ощущение, что она так и будет течь. Целую вечность. Ему вдруг резко захотелось вновь очутиться в доме миссис Харис, сесть на старый диван рядом со спящим Морти и включить “Танцующих под дождём”.
— Ты один, Пеннивайз. Совсем один. Живёшь в мире врага. Ты ведь никогда не понимал людей. Тем более взрослых. И что же вышло? Тебе пришлось самому таковым стать. Признай, что ты уже давно понял, что не было необходимости удочерять Марш. Ты понял это ещё в больнице. И что же тебя остановило? Почему не бросил её?
— Она сказала, что я боюсь. Боюсь ответственности.
— А разве она была неправа? Разве, взрослая жизнь не есть самый страшный кошмар для тебя?
— Я не знал, что будет настолько тяжело.
— Теперь знаешь. И что ты решил?
Клоун посмотрел вверх. Небо было серым, словно оно проливало слезы тысячей детей, которых Пеннивайз успел съесть за свою жизнь.
— Это... конец? — тихо спросил он.
— Ошибаешься, — вновь улыбнулся мальчик. — Всё впереди.
Билл крутил педали велосипеда так быстро, как мог. Марш даже не поспевала за ним, стараясь не сбить идущих по улице детей. Но другу они были до лампочки. Одетым в костюмы малышам приходилось отскакивать в стороны, чтобы не попасть под колёса заики. Он вытащил из кармана рацию одной рукой и нажал на кнопку.
— Приём! Всем ехать в отделение полиции! Сейчас же! Отбой! — протараторил он, не дожидаясь ответа, и убрал прибор в карман. Подруга ещё сильнее закрутила педали и нагнала молниеносного Денбро.
— Билл! А если он соврал? Что тогда??
— Вот мы и выясним!
Самое интересное, что во время всего этого мальчик ни разу не заикнулся, на столько он был возбуждён оборвавшимся сообщением Пеннивайза.
— До полиции пилить минут двадцать!
— Знаю! Но другого пути нет!
Они свернули с центральной улицы, как вдруг взору Билла предстала машина Генри Бауэрса. Сам подросток вместе с другом сидели на её капоте и пили пиво. Авто было припарковано в кустах. Таким образом задиры хотели остаться незамеченными от взора посторонних, но у них ничего не вышло. Билл остановился в паре метров и бросив свой велик, ринулся к ним. Марш тоже оставила транспорт и последовала за другом.
— Генри! Хаггинс! — окликнул он парней. Бауэрс вздрогнул, вылив добрую половину напитка на себя.
— Чего?! Какого черта, Денбро?! — он уже хотел вскочить, чтобы проучить неудачника, но тот подбежал и начал дергать за ручку дверцы машины.
— Отк-крой! Нам срочно над-д-до в участок!
Хаггинс схватил его за шкирку и потянул на себя, в попытке врезать наглецу, но подоспевшая Беверли остановила его.
— Стойте! Он говорит правду! Есть... кое-кто, и он возможно знает, где Стен! Довезите нас до полицейского участка! Мы вам заплатим! — девочка начала шарить по карманам, пока Денбро беспомощно болтался в воздухе, пытаясь высвободиться из лап громилы. Карманы Марш были пусты, и все это понимали. Со стороны картина выглядела довольно жалкой, особенно, если учесть, что Беверли сирота из бедного района. Генри подошёл к ней, схватив девочку за руку, которая рыскала по карманам в поисках налички.