ГЛАВА 9
Не дожидаясь завуча, Оля вышла из кабинета, прошла по коридору. Слева открылся холл с мягкими диванчиками по углам. Взгляд сразу же прикипел к стенам, где в огромных стеклянных аквариумах, вделанных в керамическую ширму, замерли в дремотном оцепенении разноцветные рыбы. Словно живые картины, аквариумы манят таинственной зеленоватой глубиной: медленно колышутся толстые мясистые стебли, чуть заметно шевелят плавниками бледные лупоглазые рыбины, время от времени к поверхности устремляются веселые цепочки пузырьков.
Накатило сильнейшее желание искупаться в море. Ольга вздохнула, учитывая состояние ноги и несданные экзамены, море в ближайшее время не светило.
Звонко зацокали каблучки, послышались голоса. В холл зашла шумная стайка девушек.
- А я тебе говорю - не сдаст! Сама подумай, чтобы Петров сдал математику!? Завалил раз, завалит и второй... Ой, Оля!
Подруги мгновенно окружили Ольгу, засыпали вопросами.
- Ты куда потерялась?
- Ой, а где юбочку купила!?
- Ты уже листок оценок смотрела?
- А пойдем с нами в кафешку!
Ольга беспомощно улыбалась, не в силах вставить слово, успевая только поворачивать голову к очередной вопрошавшей. Потеряв терпение, она подняла костыль над головой, сказала угрожающе:
- Сейчас я кое-кого говорливого приласкаю.
Девушки, как по команде, замолчали, изумленно глядя на подругу. Белобрысая Сенечка схватилась за голову, испуганно зачастила:
- Прости пожалуйста, я и забыла совсем, что у тебя такая травма! Как ты себя чувствуешь? Как нога? Что с экзаменами?
- Сеня, не мельтеши, - массивная Элеонора нетерпеливым жестом прервала неудержимый поток слов. - Ольга сейчас на больничном, чувствует себя плохо. Может и костылем двинуть.
- Почему плохо? - удивленно поинтересовалась маленькая Женя в вельветовом сарафане с двумя тонкими смешными косичками. - Она ведь ничего не сказала.
- Человек сломавший ногу, пролежавший лучшую половину лета в больнице, и не сдавший экзамены, должен себя чувствовать преотвратно, а задающих дурацкие вопросы, бить костылем. - Элеонора кивала в такт словам, словно подтверждая, что так бы и сделала, а если не совсем так - то еще хуже.
Ольга звонко расхохоталась.
- Да вы меня за чудовище держите! Раз ногу сломала, теперь всех убивать?
- Это не мы держим, это она. - Женя покосилась на Элеонору, и на всякий случай отодвинулась.
- Девочки, - Оля подняла руку в жесте внимания, - кто-то собирался в кафе, или мне послышалось?
- Кафе, какое кафе? - Элеонора изобразила на лице удивление.
- Не было такого, - спрятав руки за спину, Сеня вдруг заинтересовалась горбатой рыбиной в аквариуме.
- Впервые слышу, - Женя нагнулась поправить некстати сползший сандалий, отчего стала совсем незаметной.
Ольга произнесла печально:
- Похоже, выбора нет, придется применять средство убеждения номер пять.
- Что за средство? - на лице Элеоноры проступила озадаченность.
- Ты о чем? - интерес к рыбе у Сени пропал столь же быстро, как и возник.
- Мне тоже любопытно, - Женя разогнулась, смешно взмахнув косичками.
- Какое? Вот какое! - демонически захохотав, Ольга взмахнула руками. Взметнулись костыли, страшно блеснув на солнце, словно два клинка. - Сейчас я вам покажу, во что превращаются злые безногие инвалиды, когда их не водят по кафе!
Вереща от восторга, девчонки шарахнулись врассыпную, заметались по холлу, поминутно сталкиваясь и хохоча. Посреди этого беспорядка стояла Ольга, ощерив зубы и размахивая костылями. Из ближайшей аудитории на шум выглянула студентка, распахнув глаза, в ужасе захлопнула дверь.
Первой не выдержала Женя, держась за живот и истерически взвизгивая, она согнулась возле стены, не в силах разогнуться обратно. Сеня, содрогаясь всем телом, упала на диванчик, и осталась лежать, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. На ногах остались лишь Элеонора. Распотрошив сумочку, она прикладывала платочек к глазам, не давая туши растечься.
- Оля, ну нельзя же так, - Женя с трудом выпрямилась, пригладив растрепавшиеся волосы, стала приводить себя в порядок. - А если бы у меня сердце было слабое?
- Наперед надо думать, прежде чем ущербных доставать, - Оля присела на диван, взглянула на Сенечку. - Жива, мученица?
- О-о! - только и смогла выдавить Сенечка. - Плохо мне.
- А тебе-то что? - Элеонора успешно сдержала натиск размокшей туши, и теперь подводила глаза, глядя в миниатюрную косметичку. - Женьку, вон, пополам загнуло, у меня глаза вытекли, а ты?
- Пло-охо. - Выпучив глаза, Сеня вдруг схватившись за живот, охнула: - Мне срочно надо отойти. Я быстро!
Элеонора спрятала косметичку в сумку, глядя, как Сеня убегает в сторону туалета, сказала приветливо:
- Оля, ты верно поняла. Мы собирались в кафе, и будем очень рады, если ты присоединишься.
- Не знаю, не знаю, - Ольга поджала губы, - меня нужно водить под руки...
- Само собой, - Элеонора кивнула.
- Переносить через бордюры.
- Обязательно, - Женечка подсела рядом.
- А в кафешке угостить вкусным-превкусным пирожным.
- Так точно, шеф! - в один голос отчеканили девушки.
Оля благодушно кивнула.
- Так и быть, несмотря на ваше отвратительное поведение, я согласна.
Девушки быстро привели себя в порядок, расправили складки на одежде, стряхнули несуществующие пылинки и, дождавшись Сеню, группкой двинулись к выходу. На крыльце Женя сказала с сомнением:
- Отсюда до кафешки - больше километра, не очень далеко, но Оля на костылях. Предлагаю пройти до остановки.
- Да, Олечка, тебе нужно аккуратнее. У тебя, наверное, ножка болит, и на костылях тяжело идти. Пойдем на остановку, сядем, доедем тихонечко, - затараторила Сеня.
- Оль, может в самом деле поедем? - Элеонора вопросительно взглянула на подругу.
Ольга сказала счастливо:
- Если бы вы знали, как я соскучилась по простым пешим прогулкам! Насиделась и належалась в больнице на год вперед. А за мои ноги не бойтесь, я еще в больнице километры на костылях наматывала, не упала ни разу. К тому же, кто-то обещал меня поддерживать, через ступеньки носить. Забыли?
- Нет, нет, что ты, как можно?! - Девушки дружно замотали головами. - Мы тебя поддержим, и перенесем, и спину вареньем вымажем, ты только больше костылями не размахивай - все ж на улице, неудобно как-то.
Небесный купол пронзительной голубой чашей нависает над головой, солнце изливает на землю потоки раскаленных лучей, над асфальтом поднимается дрожащее марево горячего воздуха. Голуби вяло бродят с места на место, выискивая в трещинах асфальта что-нибудь съедобное. В тени от домов разлеглись разомлевшие от жары бездомные кошки, не реагируя даже на отчаянных птиц, что, заигравшись, порой подлетают к самым усатым мордам.
Мимо проехала поливальная машина, окропив живительной влагой асфальт и широкую полосу прилегающей земли. Привлеченные происходящим, воробьи наперебой кинулись барахтаться в стремительно исчезающие лужи. Там, где струя воды теряла мощь, капли жидкости не успели впитаться в толстый слой пыли, раскатились смешными серыми шариками, с тихим хлопком лопались под туфлями.
Пройдя университетский сквер, девушки пересекли улицу, ненадолго задержались возле торгующих дешевой бижутерией и нижним бельем ларьков, после чего углубились во дворы.
- Терпеть не могу дворы, - Женины косички недовольно тряслись в такт шагам, - вечно о что-нибудь запинаюсь.
- Под ноги смотреть не пробовала? - ехидно поинтересовалась Элеонора.
Женя негодующе воскликнула:
- Пробовала, не помогает!
- А поднимать? - улыбнулась Ольга.
- Что поднимать? - Женя на мгновение опешила. - Мусор?
- Ноги, балда! Когда идешь по пересеченной местности на каблуках, ноги желательно поднимать.