У него длинные, густые ресницы, острый нос с едва заметной горбинкой, а на мочке левого уха имеется крохотная родинка.
— На моем лице есть что-то интересное? — не открывая глаз, говорит Даин.
Я вздрагиваю от неожиданности.
Он открывает глаза и поднимается с постели.
— Вы не спали?
— Мой сон слишком чуткий, чтобы не ощутить такого наглого, пристального взгляда, — ухмыляется дракон.
Как дикий зверь, не способен полностью расслабиться даже во сне, будто вокруг него полно хищников.
— Долго же ты приходила в себя, — хмуро говорит Даин.
— Вас это расстроило? — криво улыбаюсь. — Мне казалось, вы желаете моей смерти.
Дракон мрачно выгибает бровь, а затем касается моего лба своей холодной рукой. Становится так приятно.
— Жар почти спал.
Мне и правда чуть лучше, чем днем.
Одним щелчком пальцев он зажигает все свечи в комнате, становится слишком ярко, что я невольно щурюсь.
— Знаешь тех, кто похитил тебя? — пристально глядя на меня, неожиданно спрашивает Даин.
На мгновение я даже позабыла о том, что произошло недавно.
Судя по словам того заказчика, Мирана явно была знакома с ним, но мне-то неведомо, кто были те люди. Поэтому, чтобы не выдать себя, я просто молчу и стараюсь не смотреть в глаза дракону.
— Все еще выгораживаешь их? — зло цедит он и резко поднимается со стула.
Неужели Мирана избегала смерти благодаря Даину? Но в последний раз он все же опоздал.
И я все еще не понимаю, почему же он так холоден с ней… со мной?
— Знаю, ты не доверяешь мне, — устало вздыхает он, — как и я не могу довериться тебе.
— Почему? — спрашиваю я, прежде чем успеваю подумать.
Он хмурится, с подозрением глядя на меня.
— Не строй из себя дурочку, тебе не идет.
— Кем же мне тогда быть? — язвительно говорю я.
Даин резко подходит ко мне и наклоняется, оставляя между нашими лицами всего несколько сантиметров.
— Я уже говорил тебе, когда ты только вошла в мой дом, — пугающе шипит он, — можешь играть в герцогиню сколько влезет, но не создавай проблем.
— Но для вас я и так одна большая проблема, — не разрывая зрительного контакта, шепчу ему прямо в губы.
— Хорошо, что ты это понимаешь, — выдыхает он и отстраняется.
— Вы считаете меня своим врагом?
Дракон впадает в легкий ступор от моего прямого вопроса.
— У нас никогда не было выбора, кем быть друг для друга. Мы не друзья и не союзники, но… — он делает долгую паузу, а затем отвечает тише: —… я никогда не желал видеть в тебе врага. Ты сама решила быть против меня.
— Разве вы оставили мне выбор? — Сурово смотрю на дракона.
Мне не понять, что заставило супругов, тех, кто должен был быть опорой друг для друга, стать врагами, но раз теперь я здесь, мне бы хотелось узнать все, чтобы принять собственное решение.
— Разве у нас вообще был выбор? — обреченно шепчет Даин. — Ты с самого начала знала, что я не тот, кто создан для семьи. Моя жизнь — это долг и поле брани.
Он прав, у них с Мираной не было выбора. Их заставили заключить этот брак, что стал настоящими оковами.
— Есть ли еще шанс все исправить? — тихо бормочу я.
Слух у дракона явно острее человеческого. Он удивленно оборачивается на меня и выдает:
— Доверие — очень хрупкая вещь. Его так сложно построить, но так легко сломать.
— Я хочу доверять вам, — шепотом проговариваю я.
Даин пронзает меня странным взглядом, от которого хочется скрыться, но я выдерживаю его и не отвожу глаз.
— Тогда, может, расскажешь мне, как тебе удалось сбежать?
Перед глазами всплывает картинка: уродливые руки похитителя и черная дымка.
Я резко хватаю дракона за руку и внимательно разглядываю его ладони. Не похоже, что его задело то проклятие. Однако я успеваю заметить множество старых мозолей от меча и несколько шрамов.
— Что делаешь? — восклицает он, резко выдергивая руки из моих.
— Мои прикосновения не причинили вам боли? — обеспокоенно спрашиваю я.
Даин щурится.