– Вот как. Езжайте, – а это ещё что? Ревность? В такую минуту? Ох, сердце девичье, какое же ты сложное! Катя ведь определённо ждала, что я позову её с собой. И не важно, будет ли с нами кто-то ещё. Ей всего-то и хотелось, что быть рядом.
– Я собираюсь их отговорить. Не послушают – погибнут, – девушка вздохнула, не услышав того, чего она так хотела. Не такого она ожидала от Того-кто-помнит, ой не такого. Даже жалко разрушать сложившийся образ идеального меня в её голове. Но придётся.
– Даже ты не сможешь их защитить? – пристально посмотрела она мне в глаза.
– Даже я.
Катя ненадолго замолчала. В душе её боролись эмоции, закручиваясь в жуткие вихри, в которых невозможно было что-то распознать. Наконец, одна из этих эмоций одержала верх:
– Береги себя. И их тоже, если они всё же сглупят и поедут с тобой.
Я кивнул. Девушка одёрнула задравшийся воротник и хихикнула:
– Только переоденься. На тебя смотреть без слёз невозможно.
– Само собой. А ты… ты держись. Я скоро вернусь. А если нет – то можешь смело приказывать сбросить ядерную бомбу на Лопатинский Сад, – от лёгкой улыбки не осталось даже намёка. Лицо стало серьёзнее, чем когда-либо.
– Если всё настолько страшно – то я обязательно заставлю этих вояк уничтожить город. Не сомневайся.
– И Анастасии Николаевне передай мои слова, – я попытался развернуться и пойти в гараж следом за японками, но лицо моё обхватили две ладони. Не успел я сообразить, как наши с Катей губы встретились – и тут же расстались.
– На удачу.
Развернувшись, я потопал по коридору, ускоряясь с каждым шагом. Лишь бы не показывать всплывшую дурацкую ухмылку. И дело не только в юном теле, для которого подобное – всё равно что лёгкий удар током. Ни разу за обе жизни не было такого, чтобы меня целовали на удачу… а это очень приятно. И придаёт сил. Всю усталость и боль в мышцах как рукой сняло. Будто бы даже все магические силы восстановились. И как не было двух изнурительных битв не на жизнь, а на смерть.
Гараж встретил меня рабочей суетой и кислыми лицами близняшек. Ако, видимо, уже рассказала Юко о том, что я их с собой брать не хочу. Потому обе японки спешно натягивали на себя экипировку под заинтересованными взорами снующих мимо солдат. Было на что посмотреть – привычные уже костюмы, малость потрёпанные, но всё также замечательно подчёркивающие фигуры девушек, дополнились ремнями на талии, руках и ногах. Близняшки на эти самые ремни что только не прикрепили – метательные ножи повсюду, по два пистолета у каждой и, конечно же, катаны. Волосы собраны в пучки, за которые никак нельзя было бы ухватиться. А лица – такими суровыми я Ако и Юко видел разве что при первой встрече, когда одна из них приготовилась меня зарубить.
– Мы готовы! – выпалила Юко вперёд своей сестры: – Когда выезжаем?
Ако сделала два шага навстречу ко мне и повторила за сестрой, только звучала куда как более грозно:
– Мы ждём только тебя. Командуй.
Лучше бы она этого не говорила. И так на нас смотрят, как на не пойми кого, а тут ещё приказ командовать – как же странно звучит, а выглядит и того нелепее – от симпатичной японки разнёсся по всему гаражу.
– Тише ты. Лучше скажи – Хана ведь в курсе, что вы со мной собираетесь ломать рога чертям?
Ако отвела взгляд в сторону. Тут и без заглядывания в душу всё понятно. Решили оставить свою госпожу ради не пойми чего. Скорее всего, собственной смерти. Повезёт ещё, если быстрой.
– Бестолочи, – я подозвал Юко поближе одними только пальцами, и как только она подошла, обрушился на близняшек: – Вы вообще понимаете, что я на очень важное дело отправляюсь? От которого исход всей войны зависит, между прочим.
– Именно поэтому мы и пойдём с тобой. Не важно, кто попытается нам помешать – мы будем рядом и поможем! – выпалила Юко в своей обычной бойкой манере.
– Тише, блин! Вы ведь даже не знаете, какая у меня цель, куда я собираюсь и с кем планирую биться, – по лицам близняшек видно, что меня они не слушают, так как уже всё давно решили. Но попробовать достучаться до них я обязан. Не прощу себе, если кого-то из них прикончат из-за меня.
– Рассказывай, – вновь командным тоном повелела мне Ако. А я расскажу, всё расскажу! Чтобы знали, что только будут мешаться под ногами.
– Я иду в Лопатинский Сад, – глаза девушек слегка округлились, но тут же вновь сузились в пристальных взглядах. Куда более внимательных, чем всего полминуты назад – наконец-то меня слушают, а не только делают вид. Подметив это, я продолжил: – Там располагается… скажем так, предмет, с помощью которого демоны рассчитывают победить нас. И я должен его уничтожить. Вам его касаться нельзя. Даже приближаться опасно – сгорите как спички! Более того, там даже дышать нечем – сплошная отрава прямиком из Преисподней!