– Просто от кое-кого так и веет смертью, – на лице только прибывшего мужчины заиграла насмешливая ухмылка. Коротко обведя округу взглядом свои горящих рубиновых глаз, он недовольно покачал головой: – Ну и бардак же вы тут устроили.
– Здравствуй, Марк, – поприветствовал Василий волшебника. Тот кивнул в ответ, легко взмахнув своими длинными угольно-чёрными волосами.
– И тебе долго жить, Вася.
– Только прибыл, и уже издеваешься, – выказывать своё недовольство в более грубой форме Хохотун не решился. Не столько потому, что боялся мага – скорее был ему признателен. И уж точно считал заслуживающим большого уважения.
– Без шуток. Мне и правда не очень приятно, что мой товарищ от силы живёт день-два, – видя, что юноша не торопится с ответом, Марк перешёл от любезностей к делу: – Значит, это есть тот проблемный мир?
– Ага. Паршиво выглядит, как не посмотри, – кивнул Вася.
– Это же демоны. Как им не изгадить всё вокруг себя? – взгляд волшебника упал на лежащего Ронина. Тот понемногу приходил в себя. И пусть не пытался встать, но уже шевелил ногами, разрывая пятками пепел. От такого жалкого вида маг протянул: – У-у-у… как всё запущено у этого парня.
Князь Ада, продолжавший лежать на дне воронки, подал признаки жизни. Марк щёлкнул пальцами – и разбросанная по округе земля начала заполнять место магического взрыва. Через пару секунд Астарот оказался похороненным заживо.
– А ну, лежать! И как эта скотина сумела пережить такой удар?
Подойдя к кряхтящему от боли Ивану, волшебник опустился на одно колено. Проведя рукой над телом, Марк заключил:
– Да уж, всё ещё хуже, чем я думал.
Василий, подошедший сзади, заглянул через плечо мага, будто бы пытался что-то увидеть на теле Ронина.
– Что там с ним?
– Ничего хорошего, – волшебник поджал губы: – Выгорел бедняга. До капли все силы выжег.
– И чем это грозит? – Марк посмотрел краем глаза на Хохотуна, и после короткого молчания ответил:
– Он либо восстановится через недельку, либо останется овощем до конца жизни. У него и так от души одни угли оставались, а уж теперь… Обидно за него, в общем, – особого сожаления в голосе Антония не было.
– Вот значит как. И правда обидно… Слушай, а ты не можешь для него ничего сделать? – Хохотуну было жалко этого человека. Не из-за того, что Ваня обладал редкой силой. Ему просто по-человечески было жаль лежащего в полубессознательном состоянии парня.
Пока Василий ожидал появления Ронина и сопровождающих его девиц, титан многое успел рассказать. Немного из прошлой жизни цели. Очень много, но сжато – о восстании в Аду и Войне Воли. И совсем чуть-чуть Вася услышал про новую жизнь Ивана.
Когда Хохотун увидел Восставшего в деле, то и вовсе захотел как-нибудь услышать историю начала восстания из уст зачинщика бунта. Ведь даже у Смита в документах не значилось, с какой именно искры начался не утихающий тысячелетия пожар. Если теперь Иван не сможет восстановиться – то и его история исчезнет навсегда, вместе с остатками души. И Антоний был тем, кто мог бы помочь.
– Боюсь, что не рискну. Если я начну вмешиваться в его душу – слишком большая вероятность того, что останется одна оболочка, – даже казавшийся всемогущим волшебник не сумел помочь. Или не захотел. Потому как быстро перевёл разговор на другую тему: – Джон, ты выполнил расчёты?
– Вот-вот закончу… лови! – Смит отправил данные прямо в сознание мага.
– Будете разом уничтожать все ракеты? – поинтересовался Хохотун.
– Именно.
Марк Антоний поднял руку со сложенными пальцами. Закрыв глаза, он напрягся как мог, до вздувшихся на лбу вен. С коротким, резким выдохом волшебник щёлкнул пальцами.
– Готово!
– Подтверждаю уничтожение всех целей, – Джон был доволен результатом. Но всё же ему не нравилось, что для победы ему пришлось прибегнуть к последнему аргументу.
– Дальше разберётесь сами? – дождавшись кивка от Васи и согласия Смита, маг исчез в синей огненной вспышке, бросив напоследок: – Вот и ладненько.
Глава 19
– Садимся, убираем телефоны, – я стоял у белой доски с чёрным маркером в руке. Ждал, пока группа рассядется по своим местам и наконец сконцентрируется на предстоящей паре.
Вновь этот кабинет, способный вместить пятьдесят человек. А студентов осталось всего двенадцать. И это только середина второго курса. Шестеро выбыли ещё на первом, столкнувшись с алгеброй и матанализом. Что за люди… Не можешь понять базовые темы математики – поступай куда-нибудь, где её нет. Нет же, лезут как сумасшедшие абы куда. Лишь бы после школы не загребли в армию.