— Я знаю, что я видел. Магический голубой отблеск в пламени, — отрезал Беркли. — Смею надеяться, вы воспримите мои слова крайне серьезно. Не хотелось бы докучать наследнику престола с подобными мелочами, но... — с напряжением произнес он.
Сэр Хоторн слегка дернулся, его пухлые пальцы нервно задвигались, а глаза заморгали быстрее.
— Непременно, лорд Беркли, непременно! — пробормотал он, облизав губы. — Корпус жандармов славится своим серьезным отношением к каждому, повторяю, к каждому делу, — выпятив грудь колесом, наставительно произнес сэр Хоторн и даже потряс в воздухе указательным пальцем.
Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота, и встала. Оба мужчины поднялись за мной следом.
— Прошу прощения, мне необходимо освежиться, — пробормотала я, стараясь не смотреть на сэра Хоторна.
— Конечно, миледи, — спокойно произнес Беркли. — Мы здесь уже закончили, — он быстро распрощался с тучным главой Корпуса жандармов и открыл передо мной дверь.
Глава 6
В Корпусе жандармов мы пробыли до самого вечера. Совершенно бездарно потраченное время. Через час после разговора с сэром Хоторном, который окончательно лишил меня всякой надежды на то, что виновные в поджоге дома будут найдены, ко мне присоединился дедушка, которого отпустили дознаватели.
Граф Беркли куда-то исчез. Ему доложили о прибытии некого мистера Эшкрофта, и больше я его не видела.
Вместе с дедушкой мы множество раз отвечали на одинаковые вопросы.
Есть ли у нас враги? Кто желал нам зла? С кем мы общаемся? Что можем сказать о магической природе пожара? Пытались ли мы прибегать к магии самостоятельно?
Но вскоре их тон поменялся.
Как я отношусь к Королю? Не испытываю ли к нему неприязни? Что думаю о покойном батюшке?.. Осуждаю ли его измену? Согласна ли, что за подобное преступление должно грозить самое суровое наказание?..
В какой момент из жертв мы превратились в главных подозреваемых, я не знаю. Но дознаватели, а нас допрашивали именно они, словно сорвались с цепи.
Было ужасно. Имя отца в тысячный раз вывалили в грязи. Как и меня саму, и даже дедушку, чья вина заключалась лишь в том, что однажды он выдал дочь замуж не за того человека.
А я ничего, ничего не могла сделать.
Эти люди... они так смотрели.
—Ну, миледи, дайте нам повод. Лишь один незначительный повод,— кричали их слишком внимательные взгляды.
Когда нас, наконец, отпустили, снаружи уже сгущались сумерки. Мы с дедушкой вышли на улицу. На нас уже никто не обращал внимания. С завершением допроса и исчезновением Беркли все потеряли к нам интерес.
Я покрепче прижала к себе сумку и посмотрела на дедушку, который выглядел ужасно растерянным и пришибленным. Казалось, он едва стоял на ногах. Нужно было побыстрее найти место, где мы сможем заночевать.
— Поедем в недорогую гостиницу, — я открыла сумку и попыталась найти в царившем внутри хаосе небольшой кошель, где хранились деньги на хозяйство.
Успела прихватить его, когда металась по дому, собирая ценные вещи...
— Дедушка? — я потянула его за обтрепанный рукав сюртука. — Идем, нужно найти извозчика, который согласится довезти нас до пригорода в такое позднее время.
Мне придется позаботиться о деде. Пожар подкосил его гораздо сильнее, чем показалось мне утром. Наверное, навалилась вся тяжесть и ужас случившегося...
Мы перешли на другую сторону улицы, и при тусклом свете газовых фонарей я принялась осматривать выстроившиеся в одну линию экипажи. Нам нужен был самый недорогой из возможных.
— Сэр Эдмунд! Леди Эвелин!
Беркли чуть торопливо подошел к нам и сказал.
— Я искал вас внутри.
— Нас уже отпустили, — борясь с раздражением, ответила я. — После того, как едва не обвинили в поджоге собственного дома.
— Что?
Он казался искреннее удивленным. Свел на переносице темные брови, нахмурил лоб.
— Зачем вы это затеяли, милорд? — я подняла подбородок и посмотрела ему в глаза. — Привезли меня сюда, показали сэру Хоторну... зачем? Чтобы потом его подчиненные задавали мне вопросы, согласна ли я с тем, что отцу отрубили голову? И не состою ли я в порочащих связах с кем-то, кто тайно занимается магией?! Они спросили, не могла ли я сама поджечь наш дом!
Мой голос зазвенел под конец и сорвался, и я сделала судорожный вдох.
Лучше бы всем было наплевать на этот пожар! Лучше бы Беркли не появлялся у нашего дома и не вмешивался. Лучше бы не дарил эту надежду, за которую я — идиотка — уцепилась!
Ведь стоило графу уйти, и нас с дедушкой втоптали в грязь.