— Вы хотите, чтобы я присутствовала на этой встрече? — спросила она, пытаясь понять, какую роль отводит ей босс в этом деле. Если, конечно, у нее вообще есть тут какая-то роль.
— Да, мисс Нильсон, хочу. Я считаю, что вам надо быть в курсе всех моих намерений и, кроме того… — Сэм насмешливо прищурился. — Мне бы хотелось знать ваше мнение о том, насколько хорошо мои требования будут поняты. Мне почему-то кажется, что ваша интуиция сегодня особенно обострена.
И лучше бы для нее было во всем с ним соглашаться, поняла Вайолетт, и еще держать язык за зубами, если она хотела оставить себе хоть маленькую возможность влиять на мнение начальника. А сейчас Сэм Крейк установил жесткие рамки, за которые она не имела права выходить, и их личные отношения ничего не меняли.
— А что насчет Джоан? — Вайолетт была сильно обеспокоена судьбой людей, столько лет спокойно проработавших под началом Пола Барфилда.
— Джоан? — Сэм в изумлении поднял брови.
— Джоан Браунли руководит отделом художественной литературы. Она занимает в издательстве такое же положение, как и Тод Хьюитт, и было бы невежливо… — Вайолетт остановилась, решив не выводить шефа из себя окончательно. — Вы собираетесь встретиться с ней сегодня?
— Я знаю, кто такая Джоан Браунли. Дело не в этом. Но вы только что назвали ее просто Джоан, — заметил Сэм, — а меня призываете не называть сотрудников по имени.
Вайолетт почувствовала, что пол под ней разверзся, и она падает в пропасть. Ее лицо пылало от смущения. Доводы, приводившиеся ею против фамильярного обращения, оказались несостоятельными. В издательстве все именно так друг к другу и обращались. Вайолетт точно знала, что Джоан, если в беседе с ней ее назовут официально — мисс Браунли, воспримет это как угрозу, начнет нервничать и может наговорить каких-нибудь глупостей. То же самое можно было сказать и о Тоде Хьюитте.
— Я прошу прощения, — выпалила Вайолетт, пытаясь как-то исправить положение. — Я хотела… здесь есть несколько пожилых авторов, которые… Вас могли бы принять… — Нет, не то. Она перевела дыхание и сказала правду: — Это была защита.
— Какая еще защита? — нахмурился Сэм.
— Для меня. Для тебя. Мне хотелось, чтоб никому и в голову не пришло, что мы… Ну, слишком непринужденно ведем себя друг с другом. Но этого не нужно, Сэм. — Она склонила голову, давая понять, что осознала, как глупа была. — Прошу прощения. И еще я прошу прощения за то, что сказала по поводу твоего влияния на женщин. Я так не думаю. Честное слово, я так не думаю.
Вайолетт была слишком взволнована, чтобы сидеть на одном месте. Она вскочила со стула и пошла в сторону двери.
— Я пойду, назначу встречу с Тодом. Думаю, ему будет значительно проще общаться, если ты будешь называть его по имени.
— Подожди.
Вайолетт замерла в дверях. Ей было неприятно подчиняться приказу Сэма, но она сознавала, что он — босс, и ослушание будет очередным нарушением установленного порядка. Ее ноги подкашивались. Ей понадобилось приложить немалое усилие, чтобы обернуться к Сэму. Тот сидел перед ней, выдвинув большое кожаное кресло из-за стола. И она мгновенно ощутила всю силу его мужской притягательности.
Сэм молчал, и это действовало Вайолетт на нервы. Не собирается ли он ее уволить? И если не собирается, то станет ли когда-нибудь прислушиваться к ее советам? — подумала она. Он продолжал молча смотреть на нее, и она чувствовала себя бабочкой, которую прикололи булавкой к донышку коробочки для гербария.
Когда Сэм наконец заговорил, его слова прозвучали для нее ударом грома при ясном небе.
— Ты со мной, Вайолетт?
Вопрос был сложным и затрагивал слишком много струн в ее душе. В пятницу вечером она уже ответила на него утвердительно и, пока они были вдвоем, не могла и мечтать о большем. Но есть разница между послушанием и полным подчинением. А Сэм явно переходил эту грань.
Вайолетт хотела быть с ним, ее неудержимо к нему тянуло. Но становиться рабыней она не собиралась. Ей нужно было чувствовать его привязанность, его теплое отношение.
И она сама не поняла, как вопрос сорвался с ее губ.
— А ты со мной, Сэм?
Он склонил голову на бок, обдумывая ответ. Потом сказал:
— Я считал, что это очевидно.
— Не совсем так. — Вайолетт покачала головой, внимательно глядя на собеседника и пытаясь понять, имел ли тот в виду работу или личные отношения. — Ты отстранился от меня вчера. Я попыталась отстраниться от тебя сегодня утром… Я запуталась…