Как ловко он меня поддел! Сукин сын! По сути, вопрос стоял так: трус я или нет? Задел, гад, задел. Разбудил во мне любопытство. Здоровое в смысле размера, но нездоровое по сути. Я теперь не мог спасовать…
Правда, утром, когда ехал на работу, решимости поубавилось. «Странная ситуация, – размышлял. – В неведомой темной игре от меня, обычного студента, в данный момент как будто бы что-то зависит. Возможно, даже ее исход».
Проходя через арку старого корпуса, я не чувствовал себя пришедшим к какому-то решению. Увидел Вовочку, сидящего подле курилки вместо скамейки на ящике с помидорами. Рядом были сложены еще несколько.
– А! Здорово-здорово! – приветствовал он меня бодренько.
– Что, девочки настроение с утра подняли? – поинтересовался я в ответ.
– С чего ты взял?
Я указал на дымящийся окурок с ободком губной помады у него под ногами.
– Ха! Какой наблюдательный! Светуля мимо урны промахнулась!.. Какое, на хрен, настроение? Кочевряжится, коза! Держит марку с трауром. Если после обеда не сломается, двину вечером в «Швейцарию» да сниму шалавочку какую-нибудь!
Я пропустил мимо ушей «шалавочку», поскольку слова «держит марку» подействовали на меня, точно детонатор на бомбу. Заговорил раньше, чем подумал, стоит ли. Минуту назад еще колебался.
– Кстати о марках. Мы с соседом, не сговариваясь, сделали потрясающее открытие…
Я все рассказал.
– Надо же, тайные записи? – в словах Вовочки прозвучала ирония. Кажется, он не воспринял всерьез то, что я сказал. Подумал, видно, что у нас с Земцовым воображение разыгралось. Втолковать ему ничего не успел, поскольку на его голову свалилась женщина в белом – разбитная начальница институтского буфета.
– Чего сидишь, рыжий? Шевели помидорами! – Она направила указующий перст на ящик, на котором обосновался Вождь. – Помощник у тебя есть. – Она посмотрела на меня.
– Помощник со мной поедет! – раздался у нее за спиной голос Кирилюка. – Прыгай в «каблук», Тимофей. Поедем кабель менять. Не то привезли!
Проторчали на базе, дожидаясь своей очереди, а на обратном пути Кирилюку вообще крупно не повезло. Проколол на «каблуке» следом за одним колесом и запасное. Пришлось камеру менять. В итоге я обогатил себя знанием, как бортируется колесо в походных условиях, и даже приобрел некоторый практический навык. Руки малость попачкал.
В гараж в этот день уже не попал. Только на следующий. Увидел боевое трио – завгара Матвеича, Леню Бубена и Колю Маленького. Перед ними, ко мне спиной, стоял мужик в коричневом вельветовом пиджаке и джинсах. Матвеич, завидев меня, сразу почему-то обратил внимание «пиджака» на мою скромную персону. «Пиджак» оглянулся, и я узнал следователя, ведущего дело Лозового. Сыщик оставил корифеев гаража и двинулся мне навстречу. Что за почести?.. Неужели?.. Я вспомнил про винтовку. Все похолодело внутри!
– Привет, – сказал он. – Тимофей Сергеев, да? Пойдем-ка, пообщаемся. – Он по-приятельски обнял меня за плечи. Дошли с ним до курилки, где вчера сидели с Вовочкой. Правда, Вовочка восседал на ящике с помидорами. «Интересно, не воняют ли томаты в институтском буфете табаком теперь?» – подумалось.
– Скажи, когда ты в последний раз видел Владимира?.. – Следователь назвал фамилию, как ни странно, именно Вовочки.
– А что, его еще нет? – машинально огляделся я по сторонам, еще не поняв, что это не простой разговор. – Вчера виделись.
– Где? О чем говорили?
– Да, здесь. На этой самой скамейке. Только мы и поговорить-то толком не успели. Так, парой слов перекинулись… А что?
– Он тебе не говорил о своих планах? Что собирается делать?
– М-м-м… нет. Хотя вроде бы на танцы вечером собирался, в «Швейцарию». В смысле – в парк Ленинского комсомола… А что, он пропал, что ли? – спросил я, думая, что вообще-то времени прошло не так много, чтобы Вовочку искать. Может, завис где? Снял-таки «шалавочку»?
– Да, пропал, – подтвердил сыщик. На лбу у него собрались морщины. – Но, не в том смысле, что домой вовремя не вернулся. Его убили.
– Как убили?!
Сыщик, конечно, понял, что меня интересует не то, каким способом лишили жизни человека, который еще вчера сидел тут рядом со мной, а как такое вообще могло случиться?!!
– Вот так, – по-простому ответил он. Дескать, случилось. Да. И ничего уже не поправишь. – И именно на танцах. В той самой «Швейцарии», как вы ее называете… Вы были друзьями?
– Ну… да. Вместе работали… – В такую минуту я не смог сказать, что мы не были друзьями. Так, приятельствовали с недавних пор. Я мало что знал про Вовочку, в общем-то. Но сказать так, показалось, будет выглядеть, будто отрекаюсь от него, дабы чего не подумали.