Двор в четыре акра земли был окружен десятифутовым забором из панелей и охранялся тремя доберманами и ротвейлером. В это утро двор словно вымер, там не было никого, кроме Моры и Майкла. Собак заперли в специально сооруженный для них загончик, и их лай и вой уже начинали действовать Море на нервы.
Майкл взглянул на часы. Было четыре минуты пятого.
– Еще каких-нибудь десять минут, Мо, и все будет кончено.
Докурив сигарету, Мора зажгла еще одну и попыталась сосредоточить мысли на Карле и Джое.
Рой и Джерри ждали на развилке Бат-роуд. Одетые во все черное, они сидели на мотоциклах "Кавасаки" с двигателями, каждый объемом 650 куб. см. По лбу Джерри катились крупные капли пота. Ему было страшно, по-настоящему страшно. Если бы у него хватило смелости завести двигатель и рвануть... рвануть куда-нибудь подальше отсюда!
Рой думал о Джэнайн и Бенни, которому было почти десять лет. Потеряв Карлу, его жена пыталась превратить сына в свою собственность. Рой прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться на предстоящем деле. Если они дадут промашку, всем им конец. Уж тогда тюрьмы не избежать, можно не сомневаться. В животе забурлило. "Только бы не пришлось искать придорожную канаву, чтобы облегчиться", – подумал Рой.
Он снова стал уверять себя в том, что ограбление спланировано с точностью до мельчайших деталей. Чего бы он сейчас не дал, чтобы курнуть! Или просто чем-то заняться, делать что-то иное, а не ждать, когда засветятся фары намеченного грузовика.
Нервозность Джерри Джексона передалась и ему. Он сделал несколько глубоких вздохов, пытаясь унять бешено колотившееся сердце.
Гарри, Лесли и Ли сидели в темно-синем "рэнджровере". На всех троих были черные вязаные шлемы с прорезями для глаз. Гарри что-то тихо говорил, лишь бы не молчать. Лесли и Ли вяло отвечали. Все трое нервничали. Гарри поглаживал ствол автомата, который был у него в руках. В четыре минуты пятого они начали свой отсчет.
Через десять минут все должно быть кончено.
Дейви Малдун вел в аэропорт Хитроу свой грузовик с контейнерами, набитыми золотом. Мысли его были далеко, за много миль отсюда. Он вспоминал ссору с женой прошлой ночью. Она была прямо-таки чирьем на его проклятой шее. То сообщала, что собирается приехать ее мамаша, только ее не хватало... То, что она беременна, и это было как настоящий взрыв бомбы. За пять лет четверо ребятишек, черт бы их побрал.
Когда они впервые встретились, она весила всего около сотни фунтов и буквально утопала в лучших бристольских кружевах, какие ему когда-нибудь доводилось видеть. А сейчас страшна, как персонаж из хаммеровского фильма ужасов. И весит более 200 фунтов! От жира на ее теле образовались складки, оно стало дряблым, и влезать на нее было все равно что на бутылку "Красного Рома". Но верная себе, она прибегала к уже испытанным методам, полагая, что нападение – лучший вид обороны.
Не успел он сказать, что они и так с трудом оплачивают закладные, а ведь ребенка нужно кормить и одевать, как она тут же заявила, что он пьет. Посмотрела бы на себя в зеркало, может быть, догадалась бы, почему он пьет.
Он должен был влить в себя по меньшей мере восемь пинт "Херлимэнс", чтобы решиться поцеловать эту уродливую суку. Катя по шоссе, Дэйви Малдун печально покачал головой. Он попался в ловушку, из которой не вырваться. Недаром дружки предупреждали его: "Погляди на ее мамашу и увидишь, какой будет дочка лет через двадцать". Да, здорово он вляпался.
Жена совершенно не следила за домом, превратив его в настоящую конюшню. Прошлой ночью она предстала перед ним во всей красе. С выкрашенными в желтый цвет волосами и темными, отросшими корнями, она вполне подошла бы для эстрадной программы с участием черных и белых певцов. Он ухмыльнулся. Каких только пятен не было на ее огромных размеров ночной сорочке, начиная от детской мочи и кончая чаем. Зубы у нее все сгнили. Она говорила, что это от частых родов, но он справедливо полагал, что главной причиной является ее нежелание чистить их. Грязная сука! Его передернуло. Ведь ей всего двадцать четыре. Что же будет через пять лет?
Джо Гренджер следил за тем, как меняется выражение лица приятеля, и, словно завороженный, не сводил с него глаз. Он знал, зачем они все бывают у него. Он только раз встречался с Леоной, женой Дейви, но и этого было достаточно. Она показалась ему похожей на ротвейлера, несущегося по следу. Бедняга Дейви! Он был самым доверчивым человеком на свете. Может, поэтому она и путалась со всеми подряд. Будь она его женой, он задал бы ей хорошую трепку.
– Закурим, Джо? – мягко произнес Дейви.
– Ты же знаешь: не положено.
– Я и раньше это знал, но мы все равно курили!
Джо раскурил две сигареты и одну передал Дейви.
– Терпеть не могу глубокие затяжки, они действуют мне на нервы.
Джо рассмеялся.
– Дыми своей сигаретой и будь спокоен: там "старых Биллов" больше, чем на какой-нибудь ежегодной Беано в Масонском собрании!
Дейви невольно улыбнулся.
Перед грузовиком с прицепом ехала белая "гранада". В ней сидели детектив-инспектор Томлинсон и трое парней: детектив-сержант Милтон, детектив-констебль Джонс и детектив-констебль Левелин. Детектив-констебль Джонс был настоящей "трещоткой".
– Скажите, сэр, если ни одна душа не знает, что это золото везут в Хитроу, почему же столько полиции? – Судя по голосу, он был очень юн и очень наивен, и детектив-инспектор Томлинсон почувствовал к нему жалость. Впрочем, всего лишь на несколько секунд: слишком много у него было других забот.