— Черт.
Я подтягиваю Джесси к кровати посреди спальни. Осматриваю комнату, на противоположной стороне есть стол и окно, которое находится напротив двери, но оно заколочено. Я сразу понимаю, что мы не сможем сбежать из этой комнаты, мне придется придумать что-то другое.
Взяв простыню с кровати, я начинаю вытирать кровь с лица Джесси.
— Джесси? Поговори со мной, не засыпай, хорошо? — он наклоняет голову ко мне, его глаза опухшие, я не знаю, смотрит он на меня или нет.
— Я здесь не умру, детка, не волнуйся, — я целую его в лоб и ложусь рядом.
— Мне очень жаль, Джесси, мне жаль, что он твой отец, — затем я уплываю в глубокий сон.
Глава 9
Зейн
Мы только что приземлились в городе Окленд, Новая Зеландия. Дрожь пробегает по моему телу, когда я выхожу из самолета, здесь свежий воздух и чертовски холодно.
— Мотоциклы уже здесь, сэр, — говорит помощник Джозефа, и мы следуем за ним, к задней части большого здания.
Когда двери гаража поднимаются, мы видим наши байки, выстроенные в линию.
— Следуйте за нами, у нас здесь есть конспиративный дом, — говорит Джозеф и садится в лимузин.
У этого мужика во всем свой стиль и, несмотря на то, что он самый печально известный убийца, которого знает весь мир, он любит свою семью. Надев шлемы, мы следуем за ним.
***
Конспиративный дом ― это огромный каменный замок, стоящий посередине огражденного двора. Подъезжая ближе, вижу, что камеры установлены на каждом углу дома.
— Все это необходимо? — спрашиваю его.
Камеры могут предоставить доказательства пребывания нас здесь, а это последнее чего я хочу.
— Да, Омаро будет ждать нас. Я не сомневаюсь, что это было его в его планах с самого начала.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что все это время он хотел увидеть меня здесь, но за все годы, я так и не смог его отследить, пока мы не подслушали его разговор через ожерелье Алэйны.
Я, черт возьми, знал, что это была поганая идея.
— Итак, ты хочешь сказать, что рассчитывал на то, что ее похитят?
Он смотрит на меня.
— Не сердись на меня сейчас, сынок. Я люблю свою дочь, и нет ничего, что я бы для нее не сделал, именно поэтому она была в безопасности все эти годы. Но да, я рассчитывал на это, это был наш единственный шанс, так как долгие пятнадцать лет мы не могли его найти.
Мне так и хочется вырвать его гребаное черное сердце.
— Ты не любишь ее! Ты, бл*ть, не можешь подставить как мишень того, кого любишь, Джозеф! Черт! И какого хрена тогда тут делаю я, если все это время у тебя был гребаный план?
Сказать, что во мне все кипит от злости, было бы большим преуменьшением.
— Как ты думаешь, почему я не убил его много лет назад, пока она была ребенком? «Союз» не занимается личными делами, с которыми мне пришлось иметь дело, и я остался один. Я знаю, что ты и твои парни лучше всех, поэтому вы здесь.
— Значит этот большой гребаный самолет твой! Я, БЛ*ТЬ, не люблю, когда меня дурят, Джозеф, — говорю я, глядя на него.
— Я собирался сказать тебе, но когда мы разговаривали в прошлый раз, кое-что услышал в твоем голосе, сынок. Любовь, которую ты чувствуешь к ней, и не мог рисковать, чтобы испортить план.
Хотя я весь и пылаю от гнева, понимаю его рассуждения, потому что он чертовски прав ― я бы остановил это дерьмо.
— Больше, бл*ть, не делай этого снова. Мне пофиг, какая у тебя сейчас должность или репутация, я перережу твое гребаное горло, пока ты будешь спать.
Джозеф фыркает и кивает, этот кивок показывает наше взаимное понимание ситуации.
***
Я вхожу через парадную дверь дома винтажного стиля, и сразу же его ненавижу, он напоминает мне обо всем, что касается Алэйны. Иду в гостиную, где устаревшая мебель покрыта белыми простынями и, оглядывая большую площадь комнаты, замечаю огромный семейный портрет, висящий над камином.
— Это ваш семейный дом? — спрашиваю я, чувствуя, что Джозеф последовал за мной. — Вернее, был им раньше?
Он передает мне стакан с крепкой янтарной жидкостью.
— Конечно, — мое сердце сжимается в груди; мне нужно вернуть мою девчонку прямо сейчас.
— Нам нужно действовать; нужно вернуть ее как можно быстрее, — говорю я, и Джозеф кивает, делая глоток из своего стакана.
— Так и сделаем, как только солнце зайдет, мы пойдем, но сначала, я хочу тебе кое-что показать.
Я следую за ним из гостиной, через открытые стеклянные двери, которые выходят на патио с милым зеленым газоном. Здесь растет несколько деревьев. Я вижу большой домик на дереве во дворе. И сразу влюбляюсь в этот чертов домик на дереве, потому что представляю Алэйну невинным ребенком в нем. Мне хочется осесть и завести с ней детей. Она ― мой гребаный мир, и сегодня я собираюсь перевернуть ад, чтобы вернуть ее. Мы идем по траве, к тому, что выглядит как большой садовый сарай. Джозеф открывает двери, войдя, я оглядываюсь: здесь пусто, за исключением большого ковра на полу. Он оттягивает ковер, показывая люк. Открыв его, мы направляемся вниз по крутой лестнице, где он включает свет, и я с удивлением осматриваюсь вокруг, видя стены, покрытые разными видами оружия, которые только можно представить: от полуавтоматов до АК-47, АР-15, гранат и гранатометов. Я перевожу взгляд от этой красоты передо мной к нему и встречаю его ухмылку.