Так и есть! Красавица Маргарита стоит в прихожей в чем мать родила (если не принимать в расчет тонкую полоску ткани, имеющую общего с трусиками только название), что является ее нормальной домашней формой одежды, и треплется по телефону, что тоже всегда было ее любимым занятием, когда она не валялась в постели.
Все ясно: она таки сохранила ключ от моей квартиры, который я когда-то сам ей и дал.
Вхожу. Круглые груди с соблазнительными розовыми сосками, поворачиваются в мою сторону, слегка раскачиваясь как два воздушных шарика под слабым дуновением весеннего ветерка. Я сразу замечаю, что мое логово прибрано, а возле двери выстроились несколько полиэтиленовых пакетов с пустыми бутылками, консервными жестянками и тому подобными следами моего недавнего отпуска.
Увидев меня, Марго, не прекращая своей трепотни, протягивает в мою сторону обнаженную руку, попеременно показывая пальчиками то на мусор, то на дверь. Я понимаю жест правильно, загружаюсь пакетами и волоку их на площадку, и дальше к мусоропроводу. Покончив с выгребной операцией, мчусь к ближайшему гастроному за продуктами, так как по опыту знаю, что ночь с такой люкс-торпедой потребует от меня очень много энергии и все полученные за ужином калории будут истрачены при первом же заходе. Когда я возвращаюсь, Маргарита Александровна уже оставила в покое телефон и теперь ждет не дождется страстной и немедленной любви…
Мой бедный старый матрац! Как долго ему не приходилось испытывать подобных нагрузок! Его пружины скрипят, визжат, стонут, сгибаются и просят пощады. Теперь я понимаю, чего мне не хватало все это время! Маргарита — женщина, что называется, экстра-класса. Беда только в том, что никто не отваживается на долговременные с ней отношения. Смельчаку, который, наконец, решиться отправиться с такой бабенцией в ЗАГС, понадобиться не только хорошо работающий «основной инстинкт», но еще железные нервы и толстая, как у бегемота, шкура, иначе он рискует умереть от невроза, не дожив до сорока.
Чтобы не портить себе удовольствие, стараюсь не занимать свою голову мыслями о том, как же я от нее отделаюсь на этот раз. Как говорят жители Британских островов, нужно переживать неприятности по мере их появления. Сейчас мне очень неплохо и это главное.
Едва мы успеваем закончить, как раздается пиканье мобильного телефона. С минуту я трачу на поиски трубки, спрашивая себя, какой-такой конь может меня беспокоить в то время, когда все нормальные люди должны заниматься тем же, что и я.
Это Царегорцев. Он говорит, что хотел удостовериться, что я не выкинул мобилу в первый попавшийся мне по пути домой мусорный ящик и еще раз напомнить, что не стоит искать на свою голову приключения — дело Коцика закончено. Отвечаю этому кайфоломщику, что на этот счет он может не тревожиться и посылаю его, сами знаете куда. Я добавляю, что недавно поменял секретаршу и теперь занят тем, что провожу с ней тест на ее профпригодность, поэтому если он еще раз меня побеспокоит, то завтра ему придется обратиться за помощью к жене Альвареса, у которой богатый опыт по части накладывания ледяных компрессов.
Мы с Маргаритой немного отдыхаем и приступаем ко второму раунду. После этого необходимость восстановить силы гораздо больше, чем в первый раз. Мы лежим и болтаем о всяких пустяках.
— Знаешь, — вдруг говорит подруга «Возьми-меня-поскорее», — а тот человек, которым ты интересовался, умер сегодня днем.
— Да, знаю.
Меня не удивляет, что она вдруг про это заговорила. Любовь и смерть всегда идут рука об руку. Жизнь Юрия Ивановича яркое тому подтверждение.
— К нам сегодня из службы безопасности приходили, — продолжает рассказывать красавица. — Он, перед тем как скончаться, что-то про ЦРУ говорил, представляешь!
— А ты откуда знаешь?
— Господи, да у нас вся больница об этом знает! Эта Вероника никогда не умела держать язык за зубами. Еще до того как они приехали, она уже всем растрепала.
— Кто эта Вероника?
— Моя подруга. Да ты ее должен помнить. Когда мы с тобой встречались, я тебе ее показывала.
— Маленькая брюнетка со вздернутым носом, короткой стрижкой и тупым выражением на лице?
— Она самая. Только теперь она перекрасилась и стала блондинкой. Это она была возле того человека, когда он сказал про ЦРУ. Она сообщила про это завотделения, тот главврачу, а главврач уже позвонил куда надо.
— А что за человек, эта самая Вероника? — интересуюсь я, чтобы поддержать разговор.