— Я с ним поговорю. Еще раз. Хотите? — спросил он, прослушав пленку, привезенную Мэгги.
— Разговоры тут не помогут. Этого типа надо посадить. Вот чего я хочу.
О'Мэлли пожал плечами:
— Мы не можем этого сделать. До сих пор никаких законов он не нарушал.
— Вы хотите сказать, что он до сих пор не врывался ко мне в дом? Что ж, это правда. Не врывался. Но ведь он звонит мне непрерывно — вот, сами посмотрите. — Мэгги по совету полицейских завела себе специальный журнал, где отмечала время каждого раздававшегося у нее в доме телефонного звонка. Там же она фиксировала день и время, когда Генри проезжал на машине мимо ее дома.
— Но ведь он к вам не приближается.
— Какая разница? Не приближается сейчас, приблизится потом. Рано или поздно, но он меня убьет.
О'Мэлли заметил, как при этих словах она вздрогнула. Глядя на эту женщину, О'Мэлли много о чем думал. Например, какая она красивая. Сказать по правде, такой красавицы помощнику шерифа видеть еще не приходилось. Она была высока и стройна и обладала роскошными — цвета меди — волосами, сливочно-белой кожей и правильными, почти классическими чертами лица. Под маской самоуверенности в ней временами проступала беззащитность, и каждый настоящий мужчина, по мысли О'Мэлли, должен был по первому же ее зову устремиться на помощь. Несомненно, тысячи мужчин, усаживаясь вечерами перед экраном лицом к лицу с ведущей теленовостей, предавались на ее счет всякого рода фантазиям, в том числе и эротическим.
Интересно, как бы она его отблагодарила, если бы ему удалось отвадить от нее этого сумасшедшего, подумал помощник шерифа. Сказал он, однако, совсем другое:
— Поймите, этот человек не совершил никакого преступления. За что мне его арестовывать?
— Он звонит по ночам, будит меня. Разве он не нарушает при этом закон?
— А вы не пробовали сменить номер?
Мэгги почувствовала, что ею овладевает гнев.
— С какой стати я должна менять номер? Преступник — он, а по-вашему, скрываться надо мне! — Она стиснула руки с такой силой, что побелели суставы пальцев. Потом, уже более спокойным голосом, сказала: — Я уже меняла номер. Не помогло. Он узнал новый. Он быстро узнает все, что касается меня.
О'Мэлли вздохнул, откинулся на спинку стула и принялся постукивать карандашом по столу.
— В Колорадо закона против телефонных хулиганов нет. Единственное, что я могу сделать — это еще раз с ним поговорить.
— Вы хотите сказать, что не можете ничего предпринять до тех пор, пока он меня не убьет?
— Не стоит сгущать краски. Думаю, до этого дело не дойдет.
— Правда? Вы, стало быть, в этом абсолютно уверены?
О'Мэлли отвел глаза. Мэгги скептически скривила рот.
— Так я и думала. Ни в чем-то вы не уверены. Только вид делаете.
О'Мэлли промолчал. Он и в самом деле ничем не мог помочь этой женщине. Конечно, парень, который ее изводил, был настоящим подонком, но закона не нарушал. Помощник шерифа не имел права арестовывать людей из-за одних только телефонных разговоров. Человек должен совершить какое-нибудь противозаконное деяние — только в этом случае его можно засадить за решетку.
Мэгги между тем окончательно утвердилась в мысли, что и этот ее визит в полицию бессмыслен. Вскочив, она протянула руку за кассетой из автоответчика и положила ее в сумочку. Нервы у нее были напряжены до предела. Ответ О'Мэлли лишал ее последней надежды на защиту властей. Прежде чем выйти из полицейского участка, она с непередаваемым сарказмом произнесла:
— Хочу поблагодарить вас. Вы очень мне помогли.
— И что же вы теперь будете делать? — Остановила ее на полпути к двери ответная реплика О'Мэлли.
Мэгги повернулась и всмотрелась в чуть продолговатые, как у газели, глаза помощника шерифа. Постаравшись выказать спокойствие, которого не чувствовала, она сказала:
— Куплю себе пистолет. И если этот тип ко мне приблизится — отстрелю ему яйца.
При других обстоятельствах О'Мэлли наверняка бы улыбнулся, услышав подобные слова из уст женщины, казавшейся воплощением истинной леди. Улыбнулся бы, если бы речь шла не об оружии. Пистолеты в руках неумех стреляли часто, но выпущенные из них пули далеко не всегда поражали преступников.
— Если купите пистолет, не забудьте научиться стрелять, — посоветовал он.
— Обязательно, — последовал ответ.
О'Мэлли отправился с визитом к Генри. Помощник шерифа попытался было его застращать, но тот, как многие преступники, отлично знал все законы. Никто не мог заставить его не звонить Мэгги или перестать за ней следить. В конце концов, и он, и О'Мэлли жили в свободной стране.