— Спокойно, девочка, — произнес он и тем самым сразу же положил конец ее страхам, которые мгновенно стали громоздиться у нее в голове.
Распахнулась дверь, и в гостиную ввалился обросший бородой человек, похожий на дикого медведя гризли.
Он прошел на кухню, присел на табурет и сказал:
— Здорово, Майк.
Казалось, сцена, свидетелем которой он стал, не произвела на него ни малейшего впечатления. А полюбоваться было на что: перед Майком на коленях стояла красивая женщина, прижимавшая к его обнаженному бедру комок марли. У женщины непрестанно распахивалось пальто, открывая голую грудь. Между тем бородатый великан невозмутимо наливал себе из кофейника кофе и пил его чашка за чашкой.
— Привет, Абнер, — наконец ответил Майк, потом, указав на Мэгги, добавил: — А это Мэгги Смит.
Мэгги широко улыбнулась. При этом шрамик на губе разошелся, и кровь снова стала сочиться. Абнер, оторвав зад от табурета, изобразил подобие светского поклона, тактично не обмолвившись и словом по поводу ее странного вида. Вместо этого он перевел взгляд на стоявший в гостиной диванчик и громко заметил:
— А ведь я знал, что все так и будет.
— Как? — спросил Майк.
— А так — чтобы уговорить женщину остаться, тебе пришлось предварительно ее избить!
Майк ухмыльнулся во все свои тридцать два белоснежных зуба.
Мэгги тоже улыбнулась. Неизвестно почему, но Абнер ей ужасно понравился.
— Знаешь что, Абнер? Я ведь ее не бил.
— Я тоже настаиваю на этой версии, — подтвердила Мэгги, продолжая бинтовать ногу Майка. Когда с делом было покончено, она с удовлетворением посмотрела на свою работу и сказала: — А все-таки, Майк, вам надо обратиться к доктору. А вдруг там остались осколки стекла?
Майк промолчал. Они оба знали, что Майк не последует ее совету.
Он поднялся с табурета, натянул джинсы и застегнул ремень. Пока он одевался, Мэгги убирала с кухонного столика бинты и перекись водорода. Потом она вышла из кухни, чтобы отнести все это на место. Тем не менее она слышала, как Абнер произнес:
— Что, Майк, далеко зашло дело, а?
— Не лезь, куда тебя не просят, — огрызнулся Майк.
— А что я такого сказал?
— Ты всегда говоришь именно такое — намеки себе разные позволяешь, вот что.
— Да я просто считаю, что ты еще слишком молод, чтобы жить бобылем.
Майк прислушался к удаляющимся шагам. Он надеялся, что начала разговора она не слышала.
Когда Мэгги вернулась на кухню, то сразу почувствовала возникшее напряжение. С чего бы это? Разговор прошел мимо ее ушей, зато когда она вошла, то услышала энергичное «заткнись». Она решила, что мужчины разговаривали о ней — и неудивительно: ее избитое лицо просто обязано было привлечь внимание Абнера. Ее, впрочем, это заботило мало.
— Куда вы положили мои вещи? — спросила она у Майка.
Майк прекратил гипнотизировать гостя грозным взглядом и мотнул головой, указывая куда-то в недра дома.
— Ваш багаж в комнате для гостей.
— А где она, эта самая комната?
— Справа от ванной.
Мэгги кивнула.
— Ничего, если я сейчас искупаюсь?
— Да на здоровье.
Мэгги предоставила мужчинам возможность испепелять друг друга взглядами и выяснять отношения, а сама, достав из чемодана чистое белье, пошла в ванную комнату. Она забралась в теплую воду и провела там, наверное, не меньше часа. Хотя она знала, что раны мочить не следует, но устоять перед искушением принять горячую ванну не смогла. Потом она сделала себе новые повязки и решила прилечь на кровать в гостевой комнате.
Зевнув, она натянула на себя свежее белье и отправилась спать.
Глава 6
Джим Фостер расположился в гостиной на диване. Майк подошел к гостевой комнате и постучал в дверь:
— Поднимайтесь, Мэгги!
— Зачем? — прозвучал ее сонный голос.
— Полиция приехала. Джим хочет с вами потолковать.
Она жалобно застонала. Вылезать из теплой постели ей вовсе не хотелось.
— Эй, — крикнул Майк через дверь, — с вами все нормально?
На этот вопрос Мэгги не ответила.
— Через минуту я выйду, — сообщила она.
Когда Мэгги вошла в гостиную, мужчины разговаривали.
— Когда это случилось? — спросил у нее Джим.
— Не помню точно. Пожалуй, вчера около двенадцати.
Фостер кивнул и записал указанное время в тетрадь. Увидев ее лицо, полицейский поморщился. Хотя Мэгги была высока ростом, она производила впечатление создания хрупкого — возможно, потому, что была узка в кости. Джим также отметил про себя, что у нее роскошные волосы, свободно струившиеся по плечам и на концах закручивавшиеся в кольца. Кожа в тех местах, где не было царапин и кровоподтеков, отливала молочной белизной.