Не знаю, что на меня нашло в этот момент, но я прильнула к нему, с громким сопением втянула аромат любимого мужчины, озорно высунула язык, и блаженно зажмурившись, от всей души и с превеликим удовольствием, лизнула Эйдана. Начиная свой путь на надутой шершавой щеке и пройдясь до самого дальнего от меня кончика припухших губ.
В следующий миг Траер больно стукнул меня по лбу, толкнул в бок; я тут же слетела с края постели на пол, больно ударившись при падении плечом и головой.
– Кто здесь? – Испуганно подскакивая на постели, грозно прорычал Эйдан.
А я, не вставая, лишь издала тихий и жалобный стон. Вновь почувствовала сильное головокружение, схватилась за голову и еле слышно подала голос:
– Это я, Или…
Глава 15
С постели послышался вздох облегчения, донесся тихий скрип под прогнувшимся матрасом, и уже в следующую секунду крепкие, большие руки осторожно подняли меня с пола и посадили к мужчине на колени.
– Я ударил тебя? – Встревожено спросил привычный бархатистый голос с сонной хрипотцой. – Извини меня.
Я, по-прежнему зажмурившись и держась руками за голову, оказалась прижатой к горячей широкой груди. Меня ласково погладили по спине, а я, с трудом поборов головокружение, наконец расслабленно выдохнула, уткнулась носом в шею Эйдана и осторожно заключила его в свои объятия.
– Все хорошо. Сама виновата, – пробормотала я, не открывая глаз.
Сейчас сидеть вот так, прижавшись к любимому мужчине в тишине комнаты, ощущая сильное сердцебиение, вдыхая его одуряющий аромат и слушая его размеренное дыхание, казалось самым правильным, самым нужным. Я чувствовала, как постепенно с его ласковыми поглаживаниями по спине, по волосам, отступают тревоги минувших дней. Вся суета, что происходила в жизни, казалась далекой и незначительной. И в эту самую минуту, поняла, что прийти к Траеру было необходимостью не только для него, но и для меня самой.
С того момента, как мы были вместе, прошло меньше недели, но злосчастный турнир, попытка навязанного венчания, потом заточение – все это, было словно пропасть, разделяющая нас. И только сейчас я искренне понимала, что боялась. Все это время опасалась, что больше не увижу Эйдана, что не смогу вот так спокойно наслаждаться его объятиями, не услышу голоса, не сумею просто забыться и растаять, как прежде, под его нежными руками и сильным телом.
– Ночь на дворе. Почему ты пришла? – Вдруг тихо поинтересовался Траер.
От такого неожиданного вопроса, недовольно поджала губы и, поерзав на его коленях, отстранилась, чтоб заглянуть в серебристые глаза.
– А разве не ясно? – Поинтересовалась я, осторожно смотря на мужчину из-под ресниц. – Хотела быть с тобой.
Ответом мне стал протяжный и какой-то совершенно обреченный вздох. Эйдан, что еще миг назад, внимательно глядел на меня, вдруг отвернулся, расслабил руки, высвобождая из приятного плена объятий. И меня это встревожило. Все тело невольно напряглось, я сильней вжалась в Траера, не давая ему отстраниться.
– Не думаю, что ты поступила правильно, – тон Эйдана был бесцветным, безжизненным и каким-то незнакомым.
«Великие стихии! Да в чем дело? Что не так? Почему он не рад моему приходу?» – Обеспокоенно подумала я, не сводя с Траера взгляд.
– Почему? – Недоуменно прошелестела я одними губами, почти беззвучно.
В полной тишине мой шепот показался громким и огорченным. Он не скрыл тех эмоций, которые я вдруг испытала. «Все же не рад мне? Винит за случившееся? Правильно, так и есть. А чего еще было ожидать?» – грусть и тоска вдруг больно кольнули самое сердце, в горле встал привычный горький ком.
– Потому что тебе будет лучше без меня, – словно объясняя маленькому ребенку, печально ухмыльнувшись, ответил он.
Быть может я бы и поверила в искренность сказанных слов, если бы не отчаяние в голосе, взъерошенный и совершенно замученный вид. А еще этот жар под пальцами, что ощущался сквозь тонкую ткань рубашки. Неестественный, дающий понять, что мужчина нездоров. Вот как раз он и придал мне уверенности, не позволил усомниться в том, что он нуждается во мне.
Осторожно притянула Траера к себе, прильнула сильней, ласково скользнула пальцами в мягкие волосы на затылке и прижалась своим лбом к его.