Вскоре маковые зерна подействовали, и голова
Горностайки устало склонилась на лапы.
Застыв у края поляны, Огнегрив растроганно смотрел на Песчаную Бурю. Он знал ее как бесстрашную и самоотверженную воительницу, он привык слегка побаиваться ее острого языка и крутого нрава, но никогда не видел ее такой заботливой и нежной. И впервые в жизни Огнегрив подумал, что Песчаная Буря станет прекрасной матерью.
Он так глубоко ушел в свои мысли, что очнулся, лишь услышав нетерпеливое покашливание Пепелицы. Вздрогнув, Огнегрив поднял голову и увидел приближающуюся целительницу. Судя по ее виду, она только что о чем-то говорила и теперь ждала его ответа.
— Прости, Пепелица, — смутился Огнегрив. — Что ты сказала?
— Видимо, ты был слишком занят, чтобы слушать! — сухо заметила Пепелица. — Я сказала, что оставлю Горностайку у себя на ночь.
— Очень хорошо, спасибо! — рассеянно кивнул Огнегрив. Он только что вспомнил, что Пепелица рано покинула совет, а значит, еще ничего не знает о бродячей собаке. — Слушай, я должен рассказать тебе кое-что, а потом хочу попросить тебя заглянуть к Синей Звезде.
— В чем дело? Что с ней такое? Понизив голос, чтобы засыпающая Горностайка не услышала их разговора, он торопливо поведал Пепелице о заблудившейся собаке и о том, что Синяя Звезда почему-то решила, будто племя Ветра ворует дичь с территории Грозового племени.
— Она просто обезумела! — пожаловался он. — Во всем обвиняет Звездное племя, уверена, что предки-воители объявили нам войну.
Через несколько ночей состоится Совет, и я даже думать боюсь о том, что произойдет, если Синяя Звезда открыто обвинит племя Ветра!
— Постой-ка! — сурово нахмурилась Пепелица. — Ты не забыл, о ком говоришь? Синяя Звезда — твоя предводительница, и ты должен уважать ее мнение, даже если не согласен с ним!
— Но я не собираюсь уважать такое мнение! — взорвался Огнегрив. — В нем нет ни капли здравого смысла! Кроме того, оно просто опасно! — Он так разорался, что Песчаная Буря настороженно приподняла ушки, и Огнегрив смущенно понизил голос. — Все знают, что Синяя Звезда — великая предводительница. Но теперь… Я больше не верю ей, Пепелица! Не могу верить… Это все бред, глупости!
— Но ты должен попытаться понять ее. Не можешь понять, попробуй хотя бы пожалеть!
Неужели она даже жалости твоей не заслужила?
И вот тут Огнегрив так разозлился, что едва не ослеп от ярости. Как смеет эта Пепелица — его бывшая ученица! — так разговаривать с ним, с глашатаем?! Какое она имеет право? Разве это она каждый день оберегает Синюю Звезду, скрывает ото всех ее болезнь, чтобы племя могло по-прежнему доверять своей предводительнице? Разве она выкручивалась на последнем Совете, спасая честь и спокойствие своего племени? Разве она лгала другим племенам, чтобы никто не узнал о слабости, поразившей самое сердце Грозового племени?!
— Ты думаешь, я не пытался? — угрожающе прошипел он. — Да пусть выпадет моя шерсть, если не я жалею ее больше вас всех, вместе взятых!
— Не надо, мне нравится твоя шерсть! — усмехнулась Пепелица.
— Да ты пойми… — начал Огнегрив, пытаясь справиться со своим раздражением. — Синяя Звезда не явилась на прошлый Совет. Если она пропустит и следующий, все лесные коты поймут, что дело нечисто. Ты не могла бы убедить ее вести себя более обдуманно?
— Я попытаюсь. Но пойми, существует грань, за которой любые травы бессильны. Ты же видишь, пожар совсем сокрушил ее. Но все началось гораздо раньше, тогда, когда она узнала о предательстве Когтя. Синяя Звезда стара, Огнегрив. Она устала. Горе сломило ее, она отреклась от всего, во что верила. Даже от Звездного племени.
— От него в особенности! — мрачно подтвердил Огнегрив. — Но если она…
Он резко замолчал, увидев, что Песчаная Буря отошла от Горностайки и направляется к ним.
— Закончили секретничать? — негромко спросила кошка и добавила, махнув хвостом в сторону Горностайки: — Она уснула. Оставляю ее на твое попечение, Пепелица.
— Спасибо за помощь, Песчаная Буря.
Обе кошки разговаривали очень вежливо, но Огнегриву почему-то показалось, что они в любой миг готовы выпустить когти. Что это с ними такое? — удивился он, но решил не забивать себе голову кошачьими склоками. Будто у него и без того мало дел!
— Мы пойдем, поедим, — сказал он Пепелице.
— А потом ты отдохнешь! — строго велела Песчаная Буря. — Ты с рассвета на лапах!
Она ласково боднула его и начала подталкивать в сторону главной поляны. Но не успел Огнегрив сделать нескольких шагов, как Пепелица окликнула его:
— Огнегрив! Пришли нам с Горностайкой что-нибудь поесть. Если, конечно, найдешь время.