Встряхнувшись, Огнегрив встал и вышел из палатки посмотреть, не пришел ли Горелый, но в освещенном луной лагере все было тихо. У самого начала папоротникового туннеля звездами горели два настороженных глаза, и, подойдя поближе, Огнегрив увидел Уголька, сидящего на страже.
— Ты знаешь Горелого? — спросил Огнегрив, а когда оруженосец кивнул, уточнил: — Он не приходил? Уголек озадаченно помотал головой.
— Если он придет, впусти его и проведи прямо к Синей Звезде, понял?
— Да, Огнегрив! От любопытства у Уголька даже шерсть заискрилась, но он не посмел задавать лишних вопросов.
Огнегрив кивнул и отправился разыскивать Пепелицу. Приблизившись к пещере целительницы, он заметил, что та о чем-то тихо разговаривает с Кисточкой. Увидев глашатая, обе кошки замолчали и настороженно уставились на него.
— Огнегрив! — воскликнула Пепелица, вскакивая с земли. — Кисточка только что рассказала мне о том, что ты натворил! Что все это значит?! И почему ты не пригласил меня на собрание?! — Ее голубые глаза метали молнии.
— Это было собрание воинов, — пробормотал Огнегрив, прекрасно понимая, что его объяснение не убедило бы даже котенка.
— Вот как? — сухо спросила Пепелица. — С чего ты взял, что меня не интересует то, что ты затеваешь за спиной у Синей Звезды?!
— Что ты, Пепелица! Ты не так поняла! — взмолился Огнегрив. — Ты же видишь, я пришел рассказать тебе обо всем. Кисточка! — попросил он, сердито косясь на бурую воительницу. — Разве тебе не нужен отдых?
Кисточка, не моргнув, выдержала его взгляд, потом молча повернулась и растаяла в темноте.
— Я слушаю! — прошипела Пепелица.
— Я вижу, ты уже все знаешь от Кисточки. Поверь, мне все это тоже не по душе, но у меня нет другого выхода! Неужели ты веришь в то, что Звездное племя хочет новой войны в лесу?! Тем более такой бессмысленной и несправедливой?
— Звездное племя не посылало мне никаких знамений о грядущей войне, — нехотя призналась Пепелица. — Я тоже не хочу кровопролития, но ты уверен, что нет другого способа предотвратить его?
— Может быть, и есть, но я его не вижу. Если ты что-то знаешь, скажи!
Пепелица покачала головой. Шерсть ее сияла, облитая луной, словно целительница была уже на полпути к звездному воинству.
— Что бы ты ни делал, Огнегрив, я прошу тебя беречь Синюю Звезду. Будь к ней добрее. Помни, она была великой предводительницей и, возможно, когда-нибудь снова станет ею.
Огнегрив тоже хотел бы верить в это, но с каждым днем поведение Синей Звезды оставляло все меньше надежд на ее исцеление. Он едва узнавал в нынешней Синей Звезде мудрую предводительницу, которая пригласила его в свое племя и которую он любил и уважал, как никого на целом свете.
— Я сделаю все, что в моих силах, — пообещал он. — Поверь, я не хочу унижать Синюю Звезду! Именно поэтому я организовал ей встречу со Звездным Лучом. Пусть она сама поймет, что битва бессмысленна и бесполезна! — Он помолчал и с трудом выдавил: — Ты считаешь, я поступил неправильно?
— Не мне об этом судить! — ответила Пепелица. — Это твой выбор, Огнегрив. Тебе решать.
Глава XIV
Вернувшись на поляну, Огнегрив убедился, что Горелый до сих пор не появлялся. От волнения у него даже в животе заурчало. Луна уже начала клониться к верхушкам деревьев, а значит, совсем скоро Синяя Звезда поведет своих воинов на битву с племенем Ветра, и последняя надежда на мирное разрешение конфликта будет утрачена.
Где же Горелый? Неужели Одноус не сумел разыскать его? Или Горелый просто не смог прийти? А может быть, он уже в пути, но придет слишком поздно? У Огнегрива лапы чесались от желания броситься в лес и побежать ему навстречу, но он понимал, что не имеет права покидать лагерь.
Наконец он заметил какое-то движение в папоротниках и услышал тихий оклик Уголька. Пришелец негромко ответил, и Огнегрив воспрянул духом, узнав голос Горелого. Высоко подпрыгнув от радости, он бегом бросился через поляну.
— Все в порядке, Уголек! — сказал он оруженосцу. — Оставайся на страже, я сам займусь нашим гостем. — С этими словами он потерся носом о нос поджарого черного кота, выступившего из папоротника. — Приветствую тебя, Горелый! Как поживаешь?