Почему же после возвращения домой ему стало казаться, что он может потерять ее? Почему она смотрела на него так, что больше никогда не увидит? Черт побери, когда же он сможет поговорить с ней?!
— Какой еще клён? — послышался голос Джека.
Габби ни за что бы не стал отвечать на этот вопрос. И только Эмили поняла, что это за клён. Куда он ходил каждый год после их первой встречи. Ему вдруг так нестерпимо захотелось подойти к ней, обнять и поцеловать, что затряслись руки. Ему казалось, что прошла целая вечность с тех пор, когда он касался ее. Имел возможность беспрепятственно делать это.
Его спас дворецкий, который вошел в столовую и подошел к Виктории. Он что-то быстро сказал ей, она встала, извинилась и удалилась. Разговор был исчерпан. Все вернулись к еде, но Габби смотрел на свою тарелку так, будто там лежала змея. Черт, что ему делать?
Ровно через десять минут в столовую снова вошел дворецкий и на этот раз подошел к Эмили.
— Мисс Эмили, миледи просит вас подняться в детскую, потому что ей нужна ваша помощь.
Все изумленно уставились на Харрисона, а Себастьян взволнованно вскочил на ноги.
— Что-то случилось, Харрисон? Что-то не так с Ником?
Дворецкий улыбнулся и попытался успокоить хозяина.
— Всё в порядке, милорд. Просто миледи не может уложить молодого виконта.
Себастьян ошарашено посмотрел сначала на дворецкого, затем на Эмили.
— Простите, — сказала Эмили, положив на стол свою салфетку. — Мне нужно идти.
Когда дворецкий и Эмили вышли, Себастьян повернулся к Габриелю.
— Что это было?
— Ничего особенного, — спокойно ответил тот, выпрямившись на стуле. — Просто ежевечерние трюки твоего сына. Он всегда требует к себе Эмили, чтобы та рассказала ему сказки.
Удивление Себастьяна переросло в изумление.
— Она рассказывает моему сыну сказки на ночь? — произнес он так, словно его заставили произнести непонятную фразу на совершенно неизвестном языке.
Габби встал.
— Да, Ник не может заснуть без нее. — «Как и я», вдруг подумал он. — Ему нравится ее голос, — поспешно добавил он, бросив на стол салфетку. — Простите…
Он шагнул к двери, не видя больше повода находиться в столовой. Он должен был привести в порядок свои мысли до того, как головная боль окончательно овладеет им.
Он должен был найти способ удержать Эмили. Любой ценой. Иначе как он сможет жить без нее? И как она проживет без него? Кто будет оберегать, защищать и смешить ее? Кто поможет ей мечтать и любить свои рыжие волосы?
Но захочет ли она остаться с ним? Нужен ли он ей? Хоть немножко?..
Эмили вошла в слабоосвещенную красиво обставленную комнату и тут же увидела Викторию, стоявшую возле детской кроватки, в которой плакал малыш. При ее появлении Виктория быстро обернулась и с облегчением улыбнулась ей.
— Как хорошо, что вы пришли. Идите сюда. — Она рукой подозвала Эмили ближе к себе. — Весь день он был каким-то странным. Днем я его без труда уложила спать, а сейчас он беспрестанно плачет и не хочет спать. Я не знаю, что мне делать, — в отчаянии добавила она, с надеждой глядя на Эмили.
Девушка быстро подошла к кровати и увидела, наконец, грустного малыша, который как обычно требовал, чтобы ему рассказали сказку. Когда Ник заметил Эмили, он вдруг перестал плакать, стал махать ручками и к общей неожиданности улыбнулся ей.
Виктория потрясенно посмотрела на Эмили, словно не веря собственными глазами.
— Что?… Что это только что было? — ошарашенно спросила она, глядя то на сына, то на Эмили.
Взглянув в бесконечно дорогие серебристые глаза Ника, Эмили испытала сильнейшую боль и любовь одновременно. Боже, она даже не надеялась хоть бы еще раз увидеть его! От облегчения у нее повлажнели глаза. Эмили протянула руку вперед, и Ник тут же схватил ее палец своими крошечными и цепкими пальчиками. У Эмили сжалось сердце от безграничной нежности к нему. Ей было трудно говорить, но она пересилила себя и ответила Виктории.
— Он не может заснуть, пока ему не расскажут сказку.
— Но я рассказывала ему сказку! — в отчаянии воскликнула Тори, отметив, что ее сын при этом даже не вздрогнул.
Эмили улыбнулась Нику, осторожно взяв его за ручку.
— Он почему-то хочет, чтобы это делала я.
Золотистые брови Тори поползли вверх.
— Да? — она изумленно взглянула на совершенно счастливого сына, вынужденная признать, что о ней Ник уже полностью забыл, сосредоточившись на другой. Тори никак не могла в это поверить и медленно покачала головой. По крайней мере она убедилась, что с ее сыном все в порядке и что он не болен. — Тогда рассказывайте, — сказала она, отходя от кроватки. — Не буду вам мешать. Если я понадоблюсь, сразу же зовите меня.