Она грациозно вплыла в комнату и подошла к столу.
— Габриел, тебе не хорошо?
Ее внимательный взгляд сбивал все его мысли. Ее близость лишала покоя. Он начинал гореть…
— Я… я хотел…
Черт, что он хотел? Что он вообще хотел сказать?
Эмили взглянула на шары на столе, потом снова перевела взгляд на Габриеля. Он выглядел таким странным. Слегка растерянным и сбитым с толку. Золотистые волосы растрепались. На нем не было жилета, сюртук накинут на спинку стула, а шейный платок валялся где-то на полу. Какая небрежность. Он закатал рукава до локтей и расстегнул три верхние пуговицы белоснежной рубашки, которая оттеняла его загорелую кожу слегка обнаженной груди. Это был такой волнующий контраст.
Она не могла заснуть даже, когда уснул Ник. Как она могла заснуть? Ей безумно хотелось еще раз увидеть Габриеля, узнать где он, что делает… Чем больше она узнавала его, тем сложнее было жить без него и его присутствия. Поэтому она пошла искать его, попросив Робина присмотреть за Ником.
И вот она нашла его, своего Габриеля, который никак не мог решить, что же ответить ей.
— Мало того, что ты играешь в бильярд, ты еще с кем-то разговаривал. Кто здесь был?
Чудесно, теперь она решит, что он умалишённый. Габби сделал глубокий вдох, на секунду прикрыл глаза, чтобы не смотреть на ее шею и ложбинку груди, потом снова раскрыл веки и проговорил уверенным (ему так показалось) голосом:
— Я пытался сосредоточиться на игре.
Эмили скептически посмотрела на него. При этом глаза ее засверкали так таинственно и многообещающе, что он начинал всерьез опасаться за свою выдержку.
— Разговор с самим собой помогает сосредоточиться? — Она провела рукой по зеленому сукну стола. Габби показалось, что ее длинные пальчики прошлась по его натянутым нервам. — И на какую тему ты говорил?
Габби нахмурился еще больше, поняв, что так просто она отсюда не уйдет.
— Это… это не важно…
Черт побери, но у него снова стал дрожать голос.
Эмили едва сдержала улыбку.
— О, значит можно говорить о чем угодно? — Она прищурила глаза, словно бы обдумывая что-то. — Например, можно говорить о погоде и это помогает сосредоточиться на игре? — Она чуть склонилась к столу, оценивающе посмотрела на шары. — Сегодня шел такой сильный снег, что едва не занесло все дороги, и это могло быть весьма опасно, если бы мы решили ехать ночью. — Она вдруг резко выпрямилась, коса ее взметнула вверх и упала ей на спину. Она лукаво улыбнулась ему и сокрушительно констатировала: — Это ни капельки не помогло.
Матерь божья, она дразнила его! Эмили дразнила и подшучивала над ним! Габби приложил все силы для того, чтобы не подойти и не сжать ее в своих объятиях.
— Ты права, погода не лучшая тема…
Он вдруг медленно улыбнулся ей, чувствуя щемящую нежность в груди. Она выглядела такой расслабленной, такой свободной. Никогда прежде он не видел ее такую, без тени боли прошлого. Такой она должна была быть всегда. Готовой принять от жизни светлые дары. Готовой к тому, чтобы ее сумели сделать счастливой… Чтобы он сделал ее счастливой.
Она улыбнулась ему в ответ, но осталась стоять на своем месте. Немного придя в себя, Габби положил на стол кий.
— И давно ты играешь в бильярд?
В ее голосе не было упрека, только любопытство.
— Я много времени провожу за чтением книг и изучением языков. Поэтому мне необходимо размяться. В Кембридже у нас была комната с бильярдными столами. Там я немного разминал мышцы.
— А в эту игру можно играть вдвоем?
Вот теперь она снова стала искушать его, едва он решил, что успокоился. Габби напряженно посмотрел на нее.
— Ты умеешь играть в бильярд?
Она покачала головой.
— Нет, но ты ведь сможешь научить меня?
Научить? Она действительно хочет научиться играть в бильярд? Габби внимательно смотрел на нее и вдруг понял, что попросив об этом, она тем самым лишила себя возможности уйти отсюда. У него подскочило сердце. Она хотела остаться с ним? В пустой комнате?
— Да, — с трудом выдохнул он, боясь себя, боясь ее просьбы.
Она сделала шаг в его сторону, глядя на него своими колдовскими глазами.
— Тогда научи меня, Габриел.
У него снова задрожали руки и забухало сердце. Как он сделает это, не напугав ее до смерти, не потеряв контроль? Но ни за что на свете он не смог бы отказать ей. И не мог лишить себя возможности еще несколько минут побыть с ней. Взяв кий, он протянул его Эмили, которая тут же вязала. Габби достал запасной кий, и мелом натер его кончик.