залил яркий свет.
В углу комнаты на корточках сидел бородатый мужчина, держа перед собой в обеих вытянутых руках пистолет.
— Бросай оружие, — негромко сказал Саша, но в ответ гулко и противно прозвучало несколько выстрелов подряд.
Ни одна пуля никого не задела, потому что сыщики мгновенно раскатились в разные стороны и от стрелявшего их отделяла мебель. Открывать ответный огонь было нежелательно. И Турецкий сделал еще одну попытку.
— Не дури, мужик, — хрипло крикнул он. — Если мы начнем палить, можешь быть уверен, отсюда тебя унесут вперед ногами. Бросай свою пушку. Ничего, кроме неприятностей, она тебе не даст.
Вскоре они услышали, как на пол упал металлический предмет. Саша быстро вскочил и… опустил оружие. Преступник по-прежнему сидел в углу, зажав голову ладонями.
Поднялся и Грязнов, но пистолет на всякий случай держал направленным в угол.
— Вставай и иди сюда, — уже спокойно сказал Турецкий, разглядывая поднимающегося на ноги худого и длинноногого парня, которого теперь вспомнил без труда. — Кого я вижу! Водитель «мерседеса» собственной персоной! Вот, значит, где довелось встретиться! Ну что ж, теперь, мне кажется, мы с тобой, Вячеслав Иванович, можем без особого труда установить, кто находится перед нами в таком жалком виде. Сказать или сам угадаешь?
Грязнов не успел ответить, потому что в это время Акимов ввел в комнату второго парня, который был явно моложе. Руки его за спиной сковывали наручники. Володя ногой отодвинул стул и довольно сурово, нажав парню на плечо, усадил его. Парень вел себя как заводная кукла — подчинялся безмолвно и безвольно. Было ясно, что он еще не отошел от сильного удара и потрясения, связанного с ним.
И в этот момент произошло неожиданное: бородатый вдруг с каким-то отчаянным, почти звериным рыком ринулся на Турецкого. Саша, естественно, уже не ожидал столь резкого демарша и принял нападавшего на грудь. Удар был, конечно, силен, но и он сам успел поймать бородатого крепко ухватить его и немного самортизировать. Они покатились кубарем, один через другого, сломав по дороге стул Грязнов в этой свалке не успел прийти на помощь, да она и не потребовалась, потому что Саша после двух полных оборотов уже сидел верхом на бородатом, заламывая тому руки за спину но так, что мужик яростно колотился лицом о пол, кровеня своей физиономией светлый хозяйский ковер. Наконец щелкнули наручники, Саша встал и перевернул бородатого на спину Вытер локтем лицо и только тут заметил, что за время всего этого спортивного мероприятия так и не выпустил из руки верный «Макаров» Видимо, им и вмазал второпях нападавшему А то действительно, с чего бы это у него текла такая юшка?.. Да, хорошо, оказывается, вмазал, бандит теперь вел себя вполне пристойно. Тихо, во всяком случае. Даже подозрительно, усмехнулся Турецкий. Неужели так сразу взял да и признал свою неправоту?
— Ну-с, самое время поговорить, — назидательно заметил Саша и обернулся к бородатому, но тот молча лежал на полу, отрешенно глядя в потолок.
Младший же, тупо и бессмысленно выкатив глаза, смотрел на бородатого, будто ждал от него какой-то команды.
Грязнов между тем кинул на пистолет свой носовой платок и, — подняв оружие, положил на стол.
— А это что за сумки? — поинтересовался Саша и заглянул в одну из них. — А-а… Вот и то, за чем мальчики пришли сюда. Добро хозяйское. Ну это дело мы пока трогать не будем, там на каждом предмете, поди, по сотне отпечатков, весь кодекс. Пусть эти молодцы экспертам теперь доказывают, что ничего этого и в глаза не видали и тем более — в руки не брали. А что им за это светит, Вячеслав Иванович, напомните.
— Да у них, я смотрю, много набирается. Ежели по сто сорок четвертой, то есть кража личного имущества с проникновением в жилище, до семи с конфискацией, а если иметь в виду вот эту штуку, — он кивнул на пистолет лежащий на столе, — то получается уже до пятнадцати за разбой по сто сорок шестой. Ну и ходка у них, я полагаю, будет не первая, следовательно, рецидив. А за повторное преступление и наказание строже. А ведь мы еще с ними, Александр Борисович, о самом главном не говорили, правда? Может им еще навесим и угрозу убийством, и бандитизм, и захват заложника, и вымогательство… Ого-го, сколько набирается! На две жизни хватит! Так мы и до вышки доберемся. В крайнем случае — пятнадцать лет
— Пятнадцать лет! Неплохо, усмехнулся Турецкий. — Так кто из вас начнет первым?
Грабители-разбойники молчали. Акимов рывком за воротник куртки поднял бородатого с пола и посадил на соседний стул. Быстро и профессионально обшарил его карманы, достал пачку документов, бумажник, кипу купюр и несколько связок ключей. После этого приступил ко второму Тоже документы, деньги, ключи на красивом брелоке эти явно от машины.