— А после них-то еще двое черных приезжали, — заметил мрачный дядька.
— Видели их? — обернулся к нему Турецкий.
— Разговаривал, а что, нельзя? — с вызовом спросил мужик.
— Наоборот. Очень даже хорошо, что разговаривали. А если запомнили и сможете по фотографии узнать, так вам вообще цены не будет! — Саша жизнерадостно улыбнулся и обернулся к Грязнову: — Вячеслав Иванович, не в службу, а в дружбу, поднимитесь на седьмой этаж и проверьте дверь: все ли на месте, а я с товарищем парой слов перекинусь.
— Слушаюсь, товарищ полковник, — четко кивнул Слава и пошел в парадное.
— Как вас по имени-отчеству, простите? — обратился Саша к мрачному игроку.
— Василь Васильич, а чего? — Он еще больше насупился, видно, уже жалея, что ввязался в неизвестное ему и абсолютно лишнее дело.
— Помочь прошу, Василий Васильевич.
— Это чем же я могу-то?
— Если вы согласитесь, я, скажем, завтра или в понедельник, как вам удобнее, подвез бы вам фотографии арестованных нами бандитов. Надо посмотреть, может, признаете кого-нибудь из тех, с кем беседовали нынче. А когда они были?
— Дак и… перед обедом, считай. К часу ближе.
«Пустой номер, — подумал Турецкий. — В районе часа
или чуть позже дачу Гурама уже начали обкладывать ребята Емельяненко. Бандиты не смогли бы вернуться к себе, их перехватили бы. А раз не перехватили, значит, они на воле. Но проверить лишний раз все равно не мешает…»
— Где вас найти, Василий Васильевич?
Уважительный тон, коим говорил с мужиком Турецкий, возвысил того в собственных глазах. Он немедленно назвал свой адрес, этаж, показал, где находится РЭУ, в котором он работает, и вообще сказал, как найти в случае необходимости.
Турецкий поблагодарил его, пожал руку и поднялся. Подошел Грязнов и доложил, что с квартирой порядок, не вскрывали, все опечатано. Еще раз попрощавшись с мужиками и любопытными молодыми мамами, сыщики удалились к своему автомобилю и выехали со двора.
Саша передал Грязнову разговор с Васей, как его звали соседи..
— Ну вот, а ты говоришь, бойница не стреляет… Погоди, не хочу зря каркать, но эта история просто так не кончится. Сердце чует.
— А оно не чует у тебя, что мне надо заехать домой переодеться, чтоб конюшней не пахло, и сделать кое-что еще?
— Чует.
— Вот и правильно. Давай на набережной в магазин заскочим и купим чего-нибудь пожрать.
— Так ведь у нас…
— Это у вас. А у Акимова вообще ни фига во рту не было. Эх ты, начальник!
— Ладно, не ругайся, — примирительно сказал Грязнов. — Просто я Володьку знаю, он не пропадет. Нет такой ситуации…
— Хорошо, что знаешь. Но Нине позвонишь от меня и сообщишь, что приедем мы, — Саша посмотрел на часы, — сейчас уже около девяти, значит, в одиннадцать — полдвенадцатого. Полагаю, до Щелкова и обратно двух часов должно хватить. Тем более что твое Измайлово как раз на трассе.
— Да-а, — протянул Грязнов. — Кто бы мне послал заботливого начальника?..
— Я как раз о другом подумал. Есть человеку надо — само собой, а от больничной каши можно и здоровому ноги протянуть. Мы поедем на двух машинах. Свою ему оставишь, а вернемся на моей. Не дай Бой, что случится, ему что, на своих двоих?.. Думать же надо, голова…
— Логично, Штирлиц, как сказал бы твой уважаемый писатель.
Посланцы от Емельяненко прибыли в больницу в половине одиннадцатого. Одного Акимов уже знал — это был Игорь, который весь день не отходил от Никиты ни на шаг. Второй представился коротко:
— Николай.
Володя кратко объяснил им ситуацию, сказал, что поиском подставной медсестры сам заняться, естественно, не мог, поскольку не имел права оставить свой пост. Да ее, по мнению дежурного врача, давно уже нет в больнице. А халат, шапочка и прочее указывали на то, что бандиты действуют безо всякого страха.
Игорь сказал, что успел после операции «придавить» маленько и спать совсем не хочет. Николай же в сегодняшней операции не участвовал и готов нести службу до упора. Врач, которая привела охрану на второй этаж, предложила Акимову свою раскладушку, пару часиков ой мог бы вздремнуть. Она уже оценила его бдительность и добавила, что следующий укол сделает больной сама ночью. И разбудит его, конечно.