— О, нет никакой ошибки, он точно знает, кто вы. — В карих глазах леди зажглись шаловливые огоньки. Понизив голос, она продолжила: — Вы, как говорят, угрожали отрезать ему селезенку перед фехтовальным залом Анджело.
Щеки Кейт зарделись.
— Боюсь, ваш брат неправильно истолковал значение моих слов. Во всяком случае, уверяю вас, он их сильно преувеличил.
— Ну, может быть, речь шла о печени, а не о селезенке. — Леди Дюксбери похлопала Кейт веером по запястью. — И все равно я нахожу историю прелестной. Меня всегда восхищает смелость в леди. — Понизив голос до конфиденциального шепота, она добавила: — Гилберт упомянул, что вы послали записку, которая вызвала почти обнаженного лорда Гираделли на середину Бонд-стрит. — Горловой смех. — Вот на это зрелище я бы охотно посмотрела.
— Насколько я понимаю, это совсем не трудно устроить, — сухо ответила Кейт. — Граф готов сбросить одежду при малейшем поощрении.
Графиня рассмеялась.
— И как я поняла, это не такой уж неприятный опыт. Воображаю, насколько он искусен в…
Графиня многозначительно подмигнула.
Кейт сочла манеру леди слишком бесцеремонной для беседы с незнакомкой. Подражая высокомерному взгляду герцога, она отодвинулась от дамы.
— Я не совсем уверена, что поняла вас, — произнесла она нараспев, хотя точно знала, что подразумевала веселая вдова.
— О, неужели я оскорбила вас, мисс Вудбридж? — На лице графини было написано раскаяние. — Пожалуйста, не поймите меня превратно, я просто хотела посплетничать, — Она похлопала ресницами. — У меня сложилось впечатление, что мы подружимся.
— Правда? — холодно ответила Кейт. В преувеличенно дружеской манере графини прозвучали фальшивые нотки. — Вы же меня совсем не знаете.
— О, однако нам, женщинам, свойственно природное чувство товарищества, — произнесла леди Дюксбери. — В конце концов, разве мы не любим посплетничать и поделиться нашими тайнами?
Именно такой тип поведения Кейт ненавидела больше всего — распространять слухи и безжалостно критиковать так называемых лучших друзей за их спиной. Именно этим и славилось Общество вежливости.
— Что касается меня, то я нахожу подобное занятие пустой тратой времени, — возразила Кейт.
Леди Дюксбери слегка прищурилась в ответ на явный отпор, но сумела улыбнуться.
— Но вы же пытаетесь привлечь внимание Гираделли фон Зайлига.
Кейт не поверила своим ушам. Обвинить ее в откровенном заигрывании было полным абсурдом.
— Вы неправильно истолковали мои действия. Фон Зайлиг и я — мы беседовали о научных предметах. А лорд Гираделли — кузен моей ближайшей подруги. — Кейт встала. — Теперь прошу извинить: мне необходимо помочь леди Фенимор приготовить чай.
— Ну разумеется. — Графиня пристально и ядовито посмотрела на нее. — Не смею задерживать вас.
Кейт направилась к столу, где Шарлотта расставляла окаймленные золотом чашки и блюдца.
— Скоро в гостиных появятся новые уничижительные слухи обо мне, — тихо сообщил а она подруге. — Меня уже называют синим чулком и затворницей, теперь станут говорить, что я грубая и лишенная юмора гарпия.
Услышав краткое изложение обмена репликами между двумя дамами, Шарлотта нахмурилась:
— Тебе не следует прилагать столько усилий, чтобы приобретать врагов в свете.
— Я и не старалась, — запротестовала Кейт. — Я просто дала ей понять, что мы никогда не подружимся.
Ее подруга подняла бровь.
— Ты считаешь, что я виновата? — спросила девушка после небольшой паузы.
— Нисколько. Я только думаю, что было бы мудро проявлять осторожность. Особенно с леди Дюксбери. Я слышала, будто она одна из тех, кто любит создавать неприятности другим.
Кейт пожала плечами:
— Какой вред она может причинить мне? Меня меньше всего заботит, что говорят обо мне старые сплетницы.
Шарлотта ответила не сразу, а когда заговорила, в ее голосе слышались забота и беспокойство.
— Не стоит недооценивать власть слухов и косвенных намеков. Известно, насколько они опасны. Посмотри, через что прошли Клара и Алессандра, когда их стали преследовать ошибки из прошлого.
Несмотря на жар пара из чайника, Кейт почувствовала, как похолодели ее ладони. Она осторожно поставила чайник рядом с чашками и начала раскладывать серебряные чайные ложечки.
— Я… я не могу представить, что подобное может случиться со мной. В своей прошлой жизни я была совершенно другой личностью — нет никакой связи между Кейт Вудбридж, американской скиталицей и искательницей приключений, и Кейт Вудбридж, английской внучкой герцога Клейна.