Кейт так сильно оттолкнула его, что Марко отступил на шаг назад.
— Dio Madre, спрячьте ваши когти, маленькая мегера.
Он схватил ее за руку, чтобы устоять на месте, и уже вместе с Кейт потерял равновесие.
Его бедро ударилось о стеллаж, и загремели, падая на землю, терракотовые горшки. Понимая, что губит драгоценные растения герцога, Марко развернулся, пытаясь своим телом защитить Кейт от ударов падающих предметов. Молодые люди забалансировали вдоль каменной дорожки и упали в полный рост в неровные тени, прежде чем Марко успел встать на ноги.
— Мы чуть было не погибли, — сообщил он, переведя дыхание.
Ее щека была так близко от его, что он увидел, как дуновение ветерка зашевелило выбившуюся прядь волос на ее ушке. Несмотря на полусвет, его контуры были отчетливо видны — совершенный, пропорциональный изгиб, напоминающий по форме ракушку.
Проклятие. Та же форма. Тот же аромат. Неудивительно, что все это вызвало знакомый отклик в его душе. Он уже встречался с этой леди раньше. Неожиданно на него накатил поток воспоминаний с мельчайшими деталями.
Немного подавшись назад. Марко улыбнулся, обнажив свои безупречные зубы.
— Так-так-так… ну вот мы и встретились вновь, Bella… — Он секунду помедлил. — Donna.
В глазах Кейт промелькнул страх наряду с другим чувством.
— Я… я не имею представления, о чем вы говорите.
— А я думаю, что имеете. Неаполь. Портовый бордель.
— Бордель? — Ее голос был хрупким, как окружавшее их стекло. — Вы, должно быть, пьяны. Или сошли с ума.
Да, это было полным безумием. На какое-то мгновение Марко заколебался, думая, не лишился ли он разума. И все же инстинктивно он знал, что прав.
В момент его сомнений Кейт сумела освободиться и исчезла в темноте, оставив за собой шум шелковых юбок, который эхом отозвался в раскачивающихся листьях пальм.
Глава 12
Косые лучи утреннего солнца проникали сквозь стеклянные рамы, наполняя угол оранжереи тропическим теплом. Закатав испачканные землей рукава платья, Шарлотта взяла увеличительное стекло и расправила лепестки цимбидиума. Они с Кейт работали здесь уже больше часа, и обе успели выпачкаться.
Обеспокоенная тем, что жара и влажность могут стать слишком большим испытанием для ее старшей подруги, Кейт позвонила, чтобы принесли кувшин с лимонадом.
— Ты только взгляни сюда — какие необычные пестики! — воскликнула Шарлотта. — Передай мне, пожалуйста, мой блокнот. Я быстренько зарисую его.
Кейт протянула ей тетрадь вместе с карандашом.
— Действительно интересно. Не забудь спросить об этом мистера Хопкинса, когда вернемся в Лондон. Интересно, видел ли он подобное расположение пестиков в экземплярах с Цейлона.
Углубившись в рисование, Шарлотта только кивнула. Кейт вернулась к собственному изучению орхидеи из джунглей южной Индии. Цветок был окрашен в бордовый цвет… или, может быть, красновато-коричневый.
— Ух!
Когда Кейт присела на корточки, у нее невольно вырвался стон. Словно она нуждалась в постоянном напоминании о своей непростительней ошибке в суждениях.
Неужели она так непозволительно глупа? Здравый смысл подсказывал ей держаться подальше от Марко. Он мог быть беспутным бабником, но только не дураком. Напротив, его ум был острее, чем у многих других.
Если Марко заговорит о некоем инциденте публично, последствия будут ужасными и необратимыми. Несколько сказанных шепотом слов, и ее репутация навсегда погублена, а ее дед испытает ни с чем не сравнимое унижение.
Но Марко не сделает этого. Или сделает?
Кейт зажмурилась, пытаясь не думать о Неаполе.
При нормальном течении жизни корабль ее отца никогда не зашел бы в этот порт: город был печально известен как очаг преступлений, — но оба ее родителя серьезно болели, так что у нее не оставалось выбора. Им нужны были опытные врачи и хорошие лекарства. К сожалению, вес это стоило денег, а кошелек Вудбриджей на тот момент был пуст, как это нередко случалось.
Но за все эти годы Кейт довела свой природный ум и находчивость до совершенства и научилась импровизировать. После случайной встречи Кейт с портовой шлюхой, она дала деловой совет ей и ее подругам. Используя свое знание арифметики и ведения бухгалтерских книг, Кейт составила несколько графиков, показывающих доходы в сравнении с расходами, что выразилось в увеличении получаемой ими суммы от владельца отеля.