— Оставила ли она нужную информацию, Кэтрин?
Вот как! Кэтрин?!
Каслфорд внезапно заметил, как ласково мистер Эдвардс разговаривает с мисс Джонсон, а также увидел, какое на той красивое платье. Кстати, миссис Хилл в комнатах нет!
Мисс Джонсон выглядела очень расстроенной. Она перевела взгляд темных ясных глаз на Эдвардса.
— Она сказала, что едет на север, к своей старшей сестре.
Эдвардс повернулся к Каслфорду.
— Ну вот, ваша светлость. Она поехала навестить сестру.
— Да уж, много мне от этого толку. У нее нет сестры! Адрес, мисс Джонсон. И будьте добры, дайте мне его прямо сейчас.
— Она только сказала, что в случае необходимости я могу написать в городок Фэлсуорт, в Ланкашире, и она получит это письмо.
Фэлсуорт. Это не просто на севере, а далеко на севере. Глупая женщина отправилась в самое сердце опасности.
Каслфорд резко повернулся.
— Пойдемте со мной, мистер Эдвардс. Думаю, парадная гостиная нам подойдет.
Войдя в нее, Каслфорд удобно устроился в кресле, но Эдвардсу сесть не предложил, а внимательно посмотрел на своего секретаря.
Деревенский воздух пошел Эдвардсу на пользу. Он больше не выглядел таким бледным и даже держался по-другому, словно находил свое тело более удобным, чем раньше.
— Наслаждаетесь своим пребыванием среди цветов, а, Эдвардс?
Эдвардс смотрел куда-то вперед, не на что-либо конкретное.
— Я не имею таких возражений против деревни, как ваши, если вы об этом, ваша светлость.
— Я очень удивлен видеть вас здесь, а не в гостинице.
— Вы велели мне оставаться здесь, сэр. В вашем последнем письме вы написали, что мне лучше сдаваться с дамами.
— Я не имел в виду ночами, Эдвардс.
— Вероятно, вам следовало выразиться более точно, сэр. Я всегда выполняю ваши распоряжения, а в письме вы распорядились, чтобы Я…
— Были еще нарушители владений?
— Несколько. Двое крутились возле людей, исследующих землю, так мне доложили. Один на участке рядом с этим, выглядывал из-за садовой стены. Этого последнего я преследовал, но он оторвался от меня в лесу. — Секретарь, взглянул на Каслфорда. — Я не думаю, что он был вместе с теми двумя, и полагаю, тот, кому хватило наглости крутиться возле дома, заинтересован не столько в ваших делах, сколько в самом доме.
— Почему вы так думаете?
— Мы же не будем добывать минералы в саду, сэр? Я почти уверен, что это тот же, кого я видел в первый раз, хотя и не сумел рассмотреть его как следует.
Каслфорд это запомнил. У него будет много времени в седле, чтобы как следует все обдумать.
Он снова внимательно посмотрел на Эдвардса. Взгляд секретаря опять уставился в какую-то далекую точку.
— Мистер Эдвардс.
— Да, ваша светлость?
— Надеюсь, вы вели себя с мисс Джонсон, как джентльмен?
Эдвардс с трудом сглотнул.
— Потому что, Эдвардс, я дал вам инструкции защищать здешних женщин и следить, чтобы им никто не докучал. Не помню, чтобы я давал вам разрешение соблазнить ее.
— Я ее не соблазнил.
Он голосом выделил слово «соблазнил».
— Надеюсь, вы не будете проводить грамматический разбор слов, Эдвардс?
Эдвардс проигнорировал насмешку.
— Если бы я ее и соблазнил — чего я не делал, — разве считается обычным спрашивать на это разрешение, как вы намекаете? В смысле, а вы просите у кого-нибудь разрешение?
— Время, проведенное в деревне, вселило в вас мужество. Должно быть, все дело в пистолете.
Эдвардс вспыхнул.
— Возможно, сэр.
— В какой-нибудь другой раз я счел бы это забавным, но не сегодня. Что до вашего дерзкого вопроса, то нет, я не спрашиваю разрешения. Но я никогда не соблазнял женщину, которую должен оберегать. Это, знаете ли, имеет значение.
Эдвардс кивнул:
— Понятно, сэр. Разумеется, тут проходит тонкая грань.
— Надеюсь, не настолько тонкая, чтобы ее не заметить.
— Нет, ваша светлость.
— Отлично. И смотрите не пересеките ее, пока вы здесь. А во всем прочем вам тут удобно? Может быть, слуги должны вам что-нибудь привезти?
— Мне очень удобно. Меня поселили в комнате, полной голубых и желтых цветов. Это очень напоминает садик в доме. Сначала мне это показалось глупым и чересчур женственным, но со временем даже стало нравиться.
Каслфорд слишком хорошо помнил эту комнату и просто ненавидел ее.
Он еще раз внимательно посмотрел на Эдвардса, желая убедиться, что не видит никаких признаков самодовольства или неуместной веселости, подтверждающих, что секретарь и вправду получает тут больше удовольствия, чем следовало бы. Когда он догонит Дафну, не нужно, чтобы чувство вины за мисс Джонсон мешало его праведному негодованию.
Герцог встал.
— Я уезжаю. Каждый день ходите в деревню и проверяйте, нет ли от меня писем. — Он сделал несколько шагов и остановился. — Вы не знаете, когда миссис Джойс отправилась в свое путешествие, она взяла с собой пистолет?
— Кажется, Кэтрин упоминала, что взяла, сэр.
Каслфорд уже отвязывал коня, когда, сообразил, что Эдвардс снова назвал мисс Джонсон по имени. Он посмотрел на дом. Ничего удивительного, что секретарю понравилась та цветочная комната.
Он раздраженно покачал головой. Если Дафна Джойс узнает о том, каким блаженством был наполнен этот дом, мистеру Эдвардсу сильно повезет, если он выживет, а его мужское достоинство останется невредимым.
Каслфорд уже почти добрался до Ланкашира, когда решил остановиться дольше, чем на час, и как следует отдохнуть. Он подъехал к придорожной гостинице, поручил груму почистить и накормить коня и пошел поискать себе какой-нибудь еды.
Гостиница оказалась переполненной. Окинув взглядом женщин и детей, он понял, что все они относятся к мелкопоместному дворянству, а то и к более знатной аристократии. За ними ухаживали слуги, а кареты во дворе были нагружены коробками и дорожными сумками. Все это напоминало сцену из военной жизни, когда беженцы, покидают город до того, как его займет враг.
С учетом грозной завтрашней демонстрации, возможно, гак оно и было. Встревоженная знать, считавшая, что им угрожает опасность, бежала прочь. Каслфорд подозревал, что оставшиеся укрепили свои дома, превратив их в крепости.
Он ел жидкую похлебку за отдельным столом, положенным ему по титулу, а в гостиницу набивалось все больше народа. В дверях стояли красные мундиры, выискивая свободные места и требуя пива. Все они никак не могли разместиться в общей комнате, поэтому владелец замахал руками, отправляя их в заднее помещение.
Последними вошли офицеры. Каслфорд подозвал хозяина и через него передал им приглашение присоединиться к нему.
Они с радостью приняли его приглашение, возможно, испытывая искреннюю благодарность за то, что паршивая похлебка не ударит по их кошелькам. Полковник Маркинс, человек с типичной военной осанкой и серьезным каменным лицом, вежливо, но сдержанно поблагодарил. Будучи старшим по званию, он также счел себя обязанным поддерживать разговор, в то время как младшие офицеры показались Каслфорду слишком голодными, чтобы беседовать.
— Вы направляетесь на юг вместе с остальными, ваша светлость?
— Нет, на север. А вы?
— Не должен я этого говорить, но вряд ли для вас это, большая новость… — Он перегнулся через стол и доверительно произнес: — Нас направили в Манчестер, чтобы сохранить там порядок, по просьбе тамошних властей.
Значит, они все-таки сделали это. Никто не поддержал информацию, переданную ему Олбрайтоном в тот день на Бедфорд-сквер, а ведь Каслфорд надеялся, что Ливерпулю и остальным министрам хватит мозгов не вмешивать в это армию.
— Полагаю, вы не будете маршировать при полном параде перед ораторами?
— Зависит от того, что от нас потребуют.
— Но ведь командуете вы?
— Этими людьми — да. Но мне придется прислушиваться к требованиям магистрата. Приказы следует выполнять, собственность — защищать, такие мне выдали инструкции.