Айвэн встал, глядя на нее. Его так и подмывало остаться, сорвать простыню, от которой теперь пахло их союзом, прижаться к Люси, любить ее, спать рядом с ней, затем разбудить и вновь любить и любить.
Желание вновь начало подниматься в нем, и он едва не выругался. После свадьбы у него будет сколько угодно времени. А пока он добился всего, ради чего приезжал. Теперь ее у него никто не отнимет! Теперь она не посмеет отказаться от брака.
Едва вспомнив о ее упрямом нежелании выходить за него замуж, Айвэн опять начал сердиться и вытащил из кармана письмо. Что ж, когда она его писала, ее репутация еще не была уничтожена окончательно. А теперь – все.
Он нахмурился, обернулся и посмотрел на женщину, чье тело угадывалось под смятыми простынями. Ее руки были словно выточены из слоновой кости, а на лице застыло кроткое и невинное выражение.
Только дураку придет в голову считать ее падшей за то, что только что между ними произошло! Но дураков, слава богу, много, и именно из-за них она будет вынуждена выйти за него замуж. Теперь ей от его предложения не отвертеться.
Айвэн разорвал письмо и заметил, что веки ее задрожали. Люси проснулась. Она, очевидно, не сразу вспомнила, что произошло, и заморгала от дрожащего света свечи. Но уже в следующее мгновение глаза ее расширились, и она резко села на кровати.
При виде ее обнаженных плеч и спутанных волос кровь снова закипела у него в жилах. Но он подавил свои примитивные инстинкты, чтобы обсудить то, что имело для него сейчас первостепенное значение.
– Возвращаю твое письмо. – Он бросил клочки бумаги на кровать. – Надеюсь, ты больше не будешь возражать против нашего брака. Это бессмысленно. Особенно принимая во внимание последние события.
Люси молча сглотнула, и он просто не смог отвести глаз от ее шеи. Ему так хотелось коснуться ее губами, вновь почувствовать вкус ее кожи… С большим трудом Айвэн заставил себя отвести взгляд.
– Принимай мое предложение, Люси! – Он снова начинал сердиться. – Иначе мне придется сообщить твоему брату о том, что только что между нами произошло.
– Ты не посмеешь! – едва слышно воскликнула она, натягивая простыню до самого подбородка.
Айвэн окинул ее взглядом – под тонкими простынями на ней ничего не было, он мог взять ее вновь, прямо сейчас…
– Еще как посмею! – заверил он. – Если ты отвергнешь мое предложение, ты сама меня к этому подтолкнешь. А ему придется отстаивать твою честь. Ты этого хочешь? Ты хочешь, чтобы он вызвал меня на дуэль?
Люси медленно покачала головой, и Айвэну показалось, что она сейчас заплачет. Но слез он не увидел.
– Так ты сообщишь завтра брату о своем согласии? В четверг мы венчаемся?
Они долго молча смотрели друг на друга, и Айвэн вдруг понял, что не дышит. Наконец она сказала:
– В четверг мы венчаемся. Только…
Айвэн нахмурился:
– Только что?
Люси отвела взгляд, и волосы, упавшие ей на лицо, скрыли от Айвэна его выражение.
– Я хотела спросить… – продолжала она едва слышно. – Может быть, ты… завтра вечером тоже придешь?
Гордость за самого себя и жаркое желание обдали Айвэна горячей волной. Она хочет, чтобы он пришел к ней! Она его жаждет!
Он сделал шаг к кровати, но остановился, пытаясь побороть ненасытного зверя, пробудившегося в нем. Он не даст ей почувствовать власти над ним. Ей вовсе ни к чему знать, какую страсть она в нем пробуждает. Ему надо, чтобы она его хотела! Айвэн понял, что впервые желает этого от женщины, и стиснул зубы.
– Не будь я уверен в твоей невинности, подобное предложение удивило бы меня.
Люси вздрогнула, словно он ее ударил. Но прежде, чем Айвэн успел придумать, как извиниться, она сказала:
– Если вы в моем лице надеетесь найти покорную жену, потакающую всем вашим капризам, то вы сильно ошибаетесь, милорд. Не зря я до сих пор не замужем.
– То же самое я могу сказать и о себе. До четверга, Люси.
Он быстро поклонился и, боясь задерживаться хотя бы на минуту, развернулся и вышел.
Однако за дверью Айвэн остановился – сердце его бешено колотилось, неудовлетворенное желание сводило с ума. Черт побери! Эта девица прибрала-таки его к рукам!
Люси же, не отрываясь, смотрела в одну точку, и сердце ее разрывалось от боли. Разве так бывает? Как можно любить ее тело, но ненавидеть ее саму?!
А в соседней комнате Антония прижимала ухо к стакану, приложенному к стене. Айвэн провел в спальне Люси целых два часа и вдруг ушел с проклятием на устах! Он, видимо, совсем сбит с толку. А мисс Драйсдейл достаточно умна и, конечно, опасается выходить за Айвэна замуж. Но леди Антонию это не касается. Ей нужен правнук, и сегодня Люси подписала свой приговор.
Старая графиня вернулась в кровать. Как же она устала! Светские обязанности совершенно изматывают ее. Но ничего, как только Айвэн женится, она вернется в Дорсет, в мирный дом семьи Уэсткотт, где и будет спокойно дожидаться новостей о рождении правнука.
Вместо поцелуя она с удовольствием наградила бы его пощечиной! Хотя нет, надо быть честной с самой собой. Да, ее так и подмывало дать ему пощечину, но желание поцеловать было гораздо сильнее…