— Мне он не говорил, что собирается в полицию идти, — удивившись, произнес Садков и припарковал машину около здания прокуратуры.
— Ты сможешь взять это дело под свой контроль, когда к вам поступит заявление от адвоката Булатова?
— Наш заместитель не отдаст его мне. Не только мне, никому не отдаст. Вы же понимаете, что такие дела большая редкость, и он сам будет над ним работать. Может адвоката Булатова прижать? Кстати, кто он?
— Наш Ершов, — почти выплюнул собеседник. — Амбициозный малый. Договориться с ним не получится, а если обойтись с ним также как и с Кондратьевым, то это вызовет большую шумиху. А мне это не нужно. Нужно пойти по другому пути.
— С Ершовым я тоже знаком. Как Булатов узнал про счета? — спросил Садков и отметил про себя, что раньше не задумывался над этим вопросом.
— Без понятия! — прорычал он. — Если обо всем рассказал Исаев, то он уже может считать себя трупом. Но это надо проверить, прежде чем руки пачкать.
— Вы знаете, что Булатов связался с его дочкой?
— Да.
Садков хотел что-то еще сказать, но услышал короткие гудки и убрал телефон в карман. Он вышел из машины и направился в здание, по пути здороваясь с коллегами. Садков замедлил шаг, когда заметил Ершова, который уверенной походкой вошел в прокуратуру и поднялся по лестнице на второй этаж. Он хотел догнать его и поговорить с ним, но понял, что это только вызовет дополнительные подозрения. А ему надо сидеть ниже травы и не высовывать голову. Кондратьева ему было жалко. Он не заслужил подобного, хотя должен был понимать, чем ему обернется попытка сдать всех.
Садков купил из автомата стаканчик кофе, открыл дверь и вошел в свой кабинет. Сделав глоток горячего напитка, он положил портфель на пол, прислонив к боку стола, и запустил компьютер. В дверь постучали.
— Да, — произнес он после того, как дверь открылась, и вошли Ершов с заместителем прокурора Чайкиным Виктором Олеговичем.
Садков резко встал со стула, чуть расплескав кофе на клавиатуру. Он встретился с суровым лицом начальника и все понял.
— Дмитрий Евгеньевич, — строго произнес Чайкин. — Пройдемте в мой кабинет и поговорим без свидетелей.
Он кивнул и направился вслед за ними. Когда они оказались в его кабинете, Чайкин сел на свое место, взял лист документа и откашлялся. Ершов сел напротив Садкова с довольным лицом и повернул голову в сторону хозяина кабинета.
— Дмитрий Евгеньевич, — начал Чайкин, снова откашлявшись, — я задаю вам вопросы. Вы отвечаете на них честно, и если я уловлю ложь, то в отношении вас будет проведена служебная проверка с вытекающими последствиями. Сами понимаете, о каких последствиях я говорю.
— Конечно, — испуганно произнес Садков и бросил быстрый взгляд в сторону Ершова.
— Ко мне поступило заявление о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам по уголовному делу. Адвокат осужденного по этому делу утверждает, что вы знали об этих обстоятельствах во время следствия и самого суда, но промолчали, позволив судье вынести обвинительный приговор в отношении невиновного, — сердитым голосом произнес Чайкин. — Вам есть, что сказать по этому поводу?
— Пускай сначала господин Ершов докажет это, — спокойно ответил Садков и сложил руки на груди.
— Сегодня рано утром, примерно в шесть часов, были задержаны двое молодых людей, когда они пытались вскрыть автомобиль Булатова прямо во дворе его дома, — деловым тоном произнес адвокат. — Соседка заметила их и вызвала полицейских, которые приехали в течение трех минут, потому что по счастливой случайности проезжали мимо. Они доставили их в отделение.
Садков опустил сложенные руки и поник, боковым зрением заметив на себе сверлящий взгляд Чайкина.
— Их допросили. Они назвали вашу фамилию и сказали, что именно вы отдали им приказ вскрыть машину и угнать его с последующим уничтожением, — добавил Ершов после небольшой паузы.
Они действительно звонили ему и сообщили о том, что собираются сделать, но он не смог их отговорить. Сейчас Садков не знал, как выкрутиться и объясниться по поводу входящих и исходящих звонков.
— Я не знаю их и не отдавал им никаких приказов, — севшим голосом произнес Садков и ослабил галстук. — За кого вы меня принимаете?
— Когда проверили телефон того, кто назвал вашу фамилию, то обнаружили шесть звонков от вас вчера вечером.
— Я мог ошибиться номером и случайно позвонить.
Садков только что понял, какого утопающему хвататься за соломинку в надежде, что это ему поможет. Он неосознанно снял мешавший ему галстук и лихорадочными движениями запихнул в карман пиджака. Это не ушло от внимания Ершова и Чайкина. Они переглянулись и уставились на него.