— Кажется, маленькому Джею пора сменить подгузники, — подшучивая над ним, изображаю заботливого родителя.
— Иди к черту, Гризли, — толкает локтем меня в бок друг. — Передам ему привет с очередной нашей вылазки. Пускай хоть обплюется, — замолкая, Джей всматривается в даль, вновь загораясь улыбкой, — Я все равно рад, что остался месяц, — взяв небольшую паузу, он продолжил. — Скоро мы будем дома.
В раскалённом мираже виднеется дорога, предположительно в километре от военного лагеря, принадлежащего нашему первому батальону пехотных войск национальной гвардии.
Джей в нашем отряде самый молодой и оптимистичный боец, который попал на войну в Ирак по собственному желанию. Думаю, в свои восемнадцать лет он надеялся увидеть своими глазами крутой боевик, где добро побеждает зло, а по факту оказалось иначе. С первого дня Джей живет со мной в одной из комнат на протяжении одинадцати месяцев и каждый раз рвётся на очередное патрулирование территории, совершенно не воспринимая серьезность операции. За все время нахождения здесь ему ни разу не дали возможность проявить себя в команде как хорошего стрелка. Я знаю, о чем говорю. Сам лично видел, как Джей выбивает десять из десяти мишеней, передвигающихся хаотично на специальном движущемся устройстве.
Не знаю, в чем причина отказа капитана ввести Джейка в курс операции и проверить все его навыки. Он хороший боец и однозначно не был бы обузой на разведке.
За несколько месяцев мы стали не только товарищами по службе, но и хорошими друзьями. Поэтому я лично взял под контроль его подготовку, и это дало небольшой сдвиг по его приобщению к нашей группе. На нескольких заданиях он смог проявить себя с отличной стороны, как настоящий профессиональный боец, что окончательно дало понять начальству, что он готов. Поэтому сегодня наша очередная вылазка, которая для меня, в отличие от Джейка, не имеет никакого особого значения.
В угол моего обзора попадает грузовик, мчащийся на высокой скорости и поднимающий песок с дороги, который вздымается вверх, закрывая лобовое стекло приближающегося автомобиля.
— Капитан, слева по курсу приближается белая машина, — приподнявшись на локтях, я с прищуром всматриваюсь в линзу прицела, разглядывая людей, сидящих за рулем, — движется быстро, лица не идентифицированы. Держу на прицеле.
— Вижу, засекли объект. Четвёртый почему не докладывает свою позицию? Язык в жопу засунул? — грубым тоном спрашивает командующий батальоном.
Тихо усмехаясь на очередной язвительный вопрос капитана, Джей тянется за рацией в нагрудный карман.
— Четвёртый на позиции, товарищ капитан, — бодрым голосом отзывается Джей, на что рация замолкает, лишая его возможности повеселиться.
Автомобиль сворачивает с главной дороги на второстепенную и движется в сторону базы, где находится наша пропускная система.
— Объект движется на базу, — сообщаю в рацию, напрягая глаза сильнее. — Не наши люди. Удачно рассмотрев лица сидящих в автомобиле, я ещё больше убеждаюсь, что к нам пожаловали чужаки.
— Тринадцатый, мы следим за ситуацией, — грубый голос командира становится громче. — Это могут быть гражданские, продолжаем наблюдать.
Мой палец хладнокровно вдавливает курок в ожидании выстрела.
— Аарон, ты думаешь о том же, о чем и я? — улавливая мое напряжение, Джей своим вопросом фиксирует мои предположения ещё сильнее.
— Да, — оставляя за собой молчаливый след, я вновь фокусируюсь на автомобиле, — Готов?
— Обижаешь.
Машина стремительно приближается к блокпосту, набирая скорость. Снося шлагбаум, автомобиль прорывается на территорию и резко останавливается.
— Разрешите стрелять на поражение, командир! — не сдерживая своих эмоций, требует Джей, ожидая положительного ответа. Из машины никто не выходит, она стоит на месте, приковывая взгляды военных.
— Отставить стрелять на поражение. Переходим в режим боевой готовности, — по ту сторону рации звучит спокойный и размеренный голос.
— Вот дерьмо, — выругавшись, тихо шепчет друг, примыкая сильнее к оружию.
— Тихо, — командую, целясь в стекло водительского сидения, полностью сосредоточившись на каждом движении водителя.
Спустя пару минут из машины выходят четыре человека в плотных масках с оружием в руках, полностью обвешанные боевыми патронами и несколькими гранатами, способными подорвать здесь все к чертовой матери. Вопрос «почему мы медлим?» висит в воздухе с тех пор, как только они прорвались на базу. В секунду все четверо расставляют винтовки по разным сторонам и начинают массовый обстрел территории вокруг, отчего включается сирена, завывающая истошным криком об опасности.