Джей дёргается с места, но я успеваю поймать его за край формы, возвращая обратно на место.
— Стрелять на поражение! — в рации раздаётся громкий голос, требующий немедленного выполнения приказа.
— Давай, Джей, — надавливая пальцем на курок, я выпускаю одну за другой пули, попадая четко в голову водителю, отчего тот падает, роняя автомат.
— Гребаные террористы, сука, получайте! — выпуская весь свой гнев вместе с вылетающими пулями, кричит Джей.
— Двигаемся в обход! — командным тоном рычу я, передвигаясь на локтях по сухой каменистой земле. — Атакуешь сзади!
Джей крадётся влево, начиная обстреливать врагов со спины, пока я отползаю в другую сторону, чтобы создать замкнутый круг для боевиков.
Спустя несколько секунд из окон машины появляются другие люди в масках, выкрикивающие молитву в момент очередного обстрела.
Я метко прицеливаюсь в лицо противника, готовясь сделать очередной точный выстрел, но кто-то другой уже успевает это сделать за меня. Переместив камеру, я замечаю, что Джейка нет на своей позиции, и вместо того, чтобы выполнять приказ, он приближается к ним, обстреливая машину и боевиков бесконечной очередью.
— Джей, твою мать! — я стремительно сползаю вниз, тормозя ботинками по спуску, чтобы подстраховать его в крайне тяжёлом для него положении.
— Какого хрена, четвёртый? — громит командующий в рацию. — Джейк, вернись в укрытие! Повторяю, вернуться в укрытие!
Сделав последний выстрел, я кладу на землю оставшегося в живых противника и перевожу взгляд на друга, который медленно крадётся к пустой машине, держа оружие в полной боевой готовности. Он медленно открывает дверь заднего сидения, проверяя, нет ли там людей, и поворачивается в мою сторону.
— Чисто, — улыбаясь во все зубы, кричит Джей, расставляя руки в стороны и ликуя от своего очередного смелого поступка.
Поднимаюсь с земли и двигаюсь в его сторону, сообщая по рации своё местоположение. Я ни капли не радуюсь вместе с ним, а лишь ещё больше злюсь на него за бессмысленную отважность, которая могла сыграть не в его пользу.
На полпути улыбка на лице Джея искажается, а глаза принимают оттенок ужаса.
— Беги! — закричав, он резко стартует со всех ног, махнув рукой, чтобы я остановился. — Сейчас рванет! — его истошный крик проносится мимо меня, словно громовой раскат, наполняя воздух тревогой.
Через пару секунд мощная взрывная волна разносится по всей базе, сотрясая землю, и откидывает меня на двадцать метров назад.
Я лежу на земле, лишенный на время слуха, не в силах пошевелиться, чувствуя, как горячие капли крови вытекают из носа, падая на воротник формы. Острая боль в груди и звон в ушах лишь добавляют тяжесть в теле, придавливая его ближе к земле при попытках подняться.
Перед глазами мелькают обрывки картинок, знакомые лица и звуки, которые мне уже не нужны.
Медленно поворачиваю голову и вижу, что там, где стояла машина, валит дым, а вокруг летает песок, смешиваясь с бушующим огнём, до сих пор выплевывающим остатки частей автомобиля.
Ползу туда, дрожащими руками сообщая по рации, что Джейк где-то в гуще взрыва. Он не мог не попасть под удар, был слишком близко.
Пробираюсь сквозь клубы пыли и дыма, преодолевая нагретые разлетевшиеся осколки, пытаясь совладать с бешеным ритмом сердца.
За это время вокруг меня скопилось достаточно солдат, проверяющих территорию на наличие других боеприпасов, которые могут взорваться следом за первым.
Продвинувшись чуть дальше, я вижу военную форму, изрядно почерневшую на окровавленном теле, и сразу понимаю, что это Джей.
Коснувшись его руки, я моментально обжигаюсь от прожжённой одежды, нагретой до тысячи градусов. Она буквально заживо плавится на нем.
— Аарон… — глухо произносит Джей с бурлящей кровью во рту, которая течёт по уголкам губ во время движения. — Я…
— Я здесь, Джей, — замечаю, как его веки смыкаются, а ресницы дрожат от непереносимой боли. —Джей?! Ты слышишь? — громко рычу ему в лицо, пытаясь привести его в чувства. Я осматриваю его тело с ног до головы, замечая, что ему оторвало ногу и кисть и он находится на грани потери сознания, истекая литрами крови.
— Сейчас принесут носилки, тебе помогут, — положив его голову себе на колено, нервно качаюсь над ним, сдерживая изо всех сил поток внутреннего крика, злясь на себя жгучей яростью за то, что не досмотрел, упустил…