Заказываю бокал красного сухого вина и поворачиваюсь к сцене, наблюдая за парой танцоров, в очередной раз восхищаясь красотой танго. Бармен двигает ближе ко мне бокал, и я делаю первый глоток терпкого напитка, покачиваясь под музыку, не в силах просто так сидеть и слушать.
Закрыв глаза в полном блаженстве, я медленно смакую вино в ожидании своей кесадильи с овощами в кисло-сладком соусе. Запах различных пряностей в помещении кружит голову, а сама атмосфера пробуждает все рецепторы и органы чувств до пиковой отметки. Звук шипящей тарелки рядом со мной привлекает все мое внимание, и, открыв глаза, я вижу перед собой миниатюрную разогретую сковородку на деревянной подставке с выложенными овощами вокруг основного блюда, приправленного красным перцем и травами. Рядом с кесадильей в ряд расставлены небольшие, но глубокие блюдца, в которых представлены разные соусы и гуакамоле с лимонным соком. От вида еды я проглатываю слюну предвкушения вкусной трапезы и, не теряя ни секунды, тянусь пальцами к уголкам лаваша, чтобы как можно быстрее откусить кусочек.
Допив бокал вина, я чувствую, как атмосфера вокруг мягко расплывается, смешиваясь со звуками музыки, а щеки наливаются румянцем и горят от сладкого опьянения. Поэтому, закончив есть, я оплачиваю счёт и выхожу на свежий воздух, чтобы пройтись и немного проветрить голову. На набережной количество людей не то, что не уменьшилось, а прибавилось настолько, что совершенно не осталось свободного места для прогулки в уединении. Я направляюсь ближе к дому, где, точно знаю, не застану толпы людей и смогу спокойно присесть на песке и полюбоваться большой круглой луной над океаном. Спускаясь по лестнице с набережной, я сразу же утопаю в прохладном песке и снимаю сандалии, чтобы пройтись по мягкому песочному настилу босыми ногами. Постепенно с каждым шагом я все больше отдаляюсь от шума и попадаю в спокойное место, где лишь изредка вижу людей, гуляющих по пляжу.
Бросив босоножки перед собой, я присаживаюсь на песок напротив того места, где луна освещает свой путь по еле колышущейся воде. Шум листьев от горного леса позади меня своим шёпотом окутывает тело и успокаивает дыхание. Небольшие волны ласкают песок, мягко утягивая за собой с берега мелкие камушки.
Я перебираю пальцами песок и, всматриваясь вдаль, натыкаюсь на силуэт человека, стоящего по пояс в воде при лунном свете. Мужчина стоит спиной ко мне, поглаживая воду, и делает шаг вперёд, медленно погружаясь ещё дальше на глубину. Его мускулистые руки расставлены в стороны, а на спине виднеется большая татуировка, покрывающая обе лопатки. Что-то тревожное щёлкает в моём сознании и начинает медленно тлеть в ожидании той секунды, когда он обернётся. Высокий и накачанный, он стоит неподвижно, словно чего-то ждёт, а я все это время не могу оторвать от него свой взгляд. На мгновение появляется уверенность, что я знаю его… знаю, чьё лицо увижу, когда он обернётся. То ли вино, то ли воздух настолько дурманит голову, что в неё просачиваются мысли об Аароне в момент, когда я любуюсь каким-то незнакомым мужчиной. Может быть, я сама того хочу, чтобы это был он, но объяснить, почему, я не могу. Наверное, это просто необъяснимо, и пора признать, что по части чувств я не сильна… Воспоминания о нашей последней встрече оставляют самые неоднозначные эмоции, ещё больше заставляя меня думать о том, что произошло между нами на самом деле. Но одно я знаю точно: соблазн и страх — ядерная смесь, которая, попав в кровь, способна стать либо опасным ядом, либо лучшим целительным лекарством. Самое трудное — предугадать и сделать выбор. Лишиться контроля над разумом, отдать волю чувствам и окунуться в неизвестность.
Я поднимаюсь с песка и двигаюсь навстречу океану, чтобы оказаться ближе к человеку, который стоит на месте, не шелохнувшись, словно скала. По пути медленно касаюсь тонких лямок платья и опускаю их с плеч, позволяя ткани плавно скользить по телу вниз, падая небрежно к моим ногам. Совершенную наготу прикрывают лишь стринги, наличие которых на мне в ночи сложно разглядеть, но я продолжаю идти, не оглядываясь по сторонам, чтобы не передумать сделать то, что так хочется. Тело покрывается россыпью мурашек, как только я достигаю воды. Волна накрывает ступни прохладой, а пена после неё щекочет кожу, вновь и вновь пробуждая во мне что-то трепетное, будоражащее каждую нервную клетку. Я обнимаю себя обеими руками и делаю ещё пару шагов, пока мои коленки ни оказываются полностью в воде. Разумность крутит у виска, осуждая меня за такое поведение. «Это может быть не он, глупая…», — ворчит злобное эго, заливаясь буро-малиновой краской от стыда. Я делаю глубокий выдох, чтобы расслабиться и отпустить терзающие сомнения, которые утяжеляют тело перед каждым шагом в глубину. Силуэт мужчины становится все чётче и ближе, а уверенность растёт, как только я оказываюсь в воде по ребра и отпускаю руки, обнажая грудь. Дыхание учащается, когда я рассматриваю его спину, узнаю татуировку и протяжный, ещё совсем сырой шрам в виде широкой темно-красной полоски на руке. Мои губы непроизвольно приоткрываются, выпуская из легких остаток воздуха, а грудь сдавливает сильное волнение от того, что вот-вот я увижу его.