- Я поняла. Всё только с вашего разрешения. Кто мог её убить?
- С чего вы взяли, что её убили?
- Ну не сама же она себе шею перерезала.
- Это может сказать только судебная экспертиза, а пока всё это только наши домыслы.
- И каковы ваши домыслы?
- В девяносто процентов таких случаев, а именно - убийство молодой красивой женщины, виновен мужчина.
- Дальше что по плану?
- Стандартные процедуры. Оперуполномоченные проведут опросы близких, соседей, подруг, однокурсников, родителей. Сопоставим весь бред, который они выдадут. Ну и ждем судебную экспертизу. Точное время смерти, возможные орудие убийства, если оно таковым является.
Грузные ребята уложили некогда Марию Шишкевич в черный пакет и тут же застегнули молнию.
- Вот и всё, - прошептала я, и мне стало жутко.
Вся честная команда суетливо засобиралась.
- Что, уже всё?
- Мы уже провели все следственные действия, теперь к себе. Нужно подумать, с кого начать опрос.
Никитин стоял невозмутимый в такой же маечке в обтяжку, только другого цвета. Серый тоже ему к лицу.
- Опрос по убийству молодой девушки нужно начинать с подружки, - задумчиво сказала я. - Обычно это первое доверенное лицо. А телефон?
- По поводу подружки правильно мыслите, Корсун. Телефон в разработке. Кто и когда звонил, скоро получим.
- Я в участок. Вас подвезти?
- Нет. Спасибо, я сама за рулем.
- Что ж. Тогда на связи, - Никитин махнул рукой на прощание, и я поплелась к выходу из злополучного парка.
Было ощущение, что всё в парке: и деревья, и животные замерли в тягостном молчании. Я не то что гулять, я это место вообще десятой дорогой теперь буду обходить. Я присела на водительское сидение своего авто и положила голову на руль. Пять минут. Мне нужно прийти в себя…
В окно постучали. От неожиданности я вздрогнула и опустила стёклоподъемник. Внимательное лицо Никитина и участливый взгляд удивил.
- Корсун, точно до дома доедешь? - спросил Никитин и. покачав головой, добавил: «Нужно было тебе не звонить».
- Мне на работу. За звонок спасибо. Не волнуйтесь, я доеду.
- Моё дело предложить.
Я взглянула на часы и вздохнула. Я конкретно опоздала и своего сурового начальника не предупредила. Моей душе, находящейся сейчас в смятении, не очень хотелось дальнейшего продолжения этого же чувства, но шефа предупредить о своем опоздании нужно непременно. Неохотно набирала номер Вальдемара и застыла в ожидании.
- Ульяна Сергеевна, - мелодичный мужской баритон Владимира Михайловича даже удивил, - доброе утро.
- Не такое уж оно и доброе, - я повторила слова Никитина. – Здравствуйте, Владимир Михайлович, я опаздываю. Приеду - объяснюсь.
Стараюсь быть лаконичной.
- Я уже понял, что опаздываете. На планерке вижу всех, кроме вас. У вас всё хорошо? – непривычно мягким тоном продолжил Владимир.
- Да, - отвечаю я, - всё хорошо.
Машины, припаркованные вокруг меня, уже разъехались вместе с ритуальным авто, и я, глубоко выдохнув, включив зажигание, уезжаю от злополучного парка.
Я приехала на работу в тягостных мыслях. Купила на всякий случай по дороге выпечку, в надежде, что мой аппетит появится. Но в том же мрачном настроении, с пакетом булок вошла в кабинет.
Глава 14
- Ребята, доброе утро. Кто хочет завтракать, угощайтесь! - я громко поздоровалась с коллективом и поставила бумажный пакет на стол, из которого пошёл аппетитный запах.
- Спасибо. Что проспала? - Милана обдала меня своим фирменным взглядом, которым она обычно одаривает меня с утра.
- Нет. Работаю с раннего утра. В поте лица, - я старалась говорить ровным голосом. - Владимир Михайлович у себя?
- Ага. И в своем привычно активном состоянии, - раздражительным тоном ответил Максим.
Похоже, кому-то уже досталось с утра!
- Я рискну.
- Давай-давай, - Милана уже жевала мой десятиминутный результат переминания с ноги на ногу у булочной.