- 2 -
Противный холодок пробегает по спине, когда до меня наконец доходит, какую глупость я совершила, оставив жениха и любовника в обществе друг друга. Нервно поправляю и без того идеально уложенные волосы и шумно выдыхаю, эгоистично рассчитывая на милосердие Батторна. Молюсь, чтобы он держал язык за зубами, и в то же время ловлю себя на том, что крошечная часть моего сознания готова к любым наказаниям, лишь бы эта пытка прекратилась, потому что с каждым днем притворство дается мне все сложнее.
Резко мотаю головой, словно прогоняя внезапное наваждение. Нарваться на гнев отца мне попросту не хватает духу. Жалкая трусиха.
Выхожу из дамской комнаты и замираю, наткнувшись взглядом на стоящего напротив Кристофера. Молча подходит ко мне, хватает за предплечье и тянет за собой. Не успеваю ничего толком сообразить, как мы оказываемся за дверью подсобки и он, сжимая мой подбородок пальцами, впечатывает меня в стену.
— Интересная у нас вышла встреча, не находишь? — он наклоняется непозволительно близко, так, что я пытаюсь отвернуться, дабы не поддаться изнуряющему желанию освежить на своих губах вкус его поцелуя. Но Кристофер не разрешает мне пошевелиться, сжимая подбородок сильнее, отчего я рвано втягиваю воздух, ощущая неприятную боль. — Значит, сегодня тебя зовут Ли?
Глаза привыкают к полумраку неуютно узкой комнаты, и я отчетливо вижу на его лице холодную, язвительную полуулыбку.
— Мне больно, Крис, — почти шепчу и стыдливо прикрываю глаза, мысленно ругая себя за безвольность. Потому что, несмотря на своего жениха, сидящего в зале, я до дрожи в коленках хочу ощутить приятные касания сильных рук на своих бедрах. Хочу целовать его с таким остервенением, чтобы потом саднили губы, еще долго напоминая о сладком забвении. И как последняя шлюха, готова отдаться ему прямо сейчас в этой долбанной подсобке.
— Блять, — Кристофер резко впечатывает ладонь в стену рядом с моим лицом, и я вздрагиваю, каждой клеточкой тела чувствуя его напряженность. — Тебе больно! — его голос пропитан чуть уловимой ноткой горечи, и внизу живота приятно тянет от мысли, что, возможно, он тоже страдал все это время. Чертова эгоистка. — Что ты знаешь о боли? Ты…
И я сдаюсь, не в силах совладать с безумством, на которое меня толкает его горячее дыхание прямо по моим губам. Чуть привстав на носочки, впиваюсь в его губы, жадно целуя.
На считанные секунды он теряет контроль над ситуацией, поддаваясь моему безумному порыву — чувствую, как его пальцы, сжимающие мой подбородок, расслабляются. Кристофер позволяет себя целовать, и я, пользуясь его замешательством, пытаюсь обнять его. Он вздрагивает от этого прикосновения и резко отталкивает меня.
— Что ты, мать твою, творишь? — чуть отшатывается назад и проводит тыльной стороной ладони по своим губам, словно желая поскорее стереть с них мое присутствие.
Меня как будто обдает ушатом ледяной воды от колкой догадки, что я ему противна. Опускаю взгляд и закусываю губу от досады на саму себя. А на что, собственно, я надеялась, целуя его? Я врала Кристоферу с самого начала, давала пустые надежды и обещания, а совсем недавно у него на глазах называла другого парня своим «милым». Вранье раскрыто, и у меня попросту нет никакого права ждать от Криса понимания.
— Кри-ис… — на самом деле мне хочется сказать, что я искренне сожалею о том, что врала ему с первой минуты нашего знакомства, что очень сильно скучала без него и что по сто раз на дню смотрела на номер его телефона, не решаясь нажать на вызов. Но единственное, что могу выдавить из себя — его имя.
— Рад, что хоть имя мое запомнила, — фыркает он. — Интересно, а твой крендель знает, что в прошлом месяце тебя звали Оливия?
Я резко поднимаю на него испуганный взгляд.
— Ты что-то сказал ему о нас? — вопрос срывается прежде, чем я успеваю подумать о чувствах Кристофера. Тут же смолкаю, понимая, что мои опасения не беспочвенны: на мгновение он теряется, всем своим видом показывая, что совсем не это хотел от меня услышать. Но стоит отдать ему должное — его актерское мастерство на высшем уровне: уже в следующую секунду его лицо принимает холодное, непроницаемое выражение.
— Тебя только это волнует? — зло усмехается парень, вперив взор куда-то в сторону. — Не стоит переживать, мы с ним очень мило побеседовали, не затрагивая тему нашего с тобой траха в Ницце.
— Крис, я не хотела… — не взирая на стальной тон Кристофера, я пытаюсь взять его за руку.
— Вот только не надо этой хуйни, — он смахивает с себя мою ладонь, отшатываясь, как от прокаженной. — Я все понял. Удачи.