Все мгновенно стерлось, выветрилось из памяти, стоило мне только прижаться к бесконечно желанному телу Кристофера, услышать его успокаивающий шепот и уснуть в его крепких объятиях.
Понимаю, что не могу больше ждать. Не могу находиться в кровати без Крса. Решительно откинув одеяло в сторону, встаю с кровати. Подцепив пальцами лежащую на полу атласную простыню, заворачиваюсь в нее и иду на поиски пропавшего.
Нахожу Кристофера на кухне: стоит у панорамного окна в одних штанах, всматриваясь в огни ночного города, и делает очередную затяжку. Слегка вздрагивает, когда я обнимаю его со спины, и быстро поворачивается ко мне.
— Ты уже проснулась? — звучит скорее как констатация факта, чем вопрос, и я замечаю в его взгляде легкую растерянность.
Киваю, ловко выхватывая из его пальцев сигарету. Поспешно втягиваю в легкие порцию никотина, чтобы хоть как-то заглушить словно из неоткуда возникшее волнение. Отчетливо понимаю, что Криса что-то гложет, раз он никак не отреагировал на мои босоногие шлепки по паркету. Всматриваюсь в его лицо, но спрашивать, о чем он думает боюсь, потому что еще больше боюсь услышать ответ на этот вопрос.
— Что ты тут делаешь в одиночестве? — отдаю ему наполовину выкуренную сигарету и отхожу в сторону, чтобы спрятать от него свой бегающий, предательски выдающий мое волнение взгляд.
— Жду кое-кого, — заговорщически шепчет, зарываясь носом мне в волосы.
С заметной долей облегчения улыбаюсь, когда его ладонь ложится мне на бедро и, скользя выше, вскоре начинает поочередно сминать груди.
Чувствую, как растет напряжение в его штанах, и шумно сглатываю, когда Кристофер, осыпая плечо поцелуями, освобождает мое тело от простыни.
— Красивый вид из окна, — говорю слегка севшим от возбуждения голосом, сама не знаю зачем.
— Тогда я помогу тебе рассмотреть его получше, — хмыкает, прижимая одну ладонь к моему животу, а второй заставляет меня прогнуться в спине, чуть раздвинув при этом ноги. Быстро упираюсь рукой в стекло, и он резко входит в меня сзади, срывая с моих губ громкий, несдержанный стон…
***
Все еще тяжело дыша, мы прижимаемся друг к другу прямо на расправленной на полу кухни простыне. Кристофер медленно выводит пальцами какие-то замысловатые узоры по моей спине, а я, блаженно прикрыв глаза, прислушиваюсь к его сердцебиению, осознавая, что никто другой в этом мире сейчас не может быть счастливее меня.
— Знаешь, Ли, когда ты уехала, даже не попрощавшись, я, как последний долбоёб, ставил телефон на автодозвон в надежде, что ты возьмешь трубку, — из сладких фантазий к жестокой реальности меня возвращает чуть осипший голос Кристофера, и я вздрагиваю, с каждым следующим словом все больше напрягаясь. — И каждый раз, когда в этой безумной схватке побеждал раздражающий женский голос, оповещая меня о том, что абонент вне зоны досягаемости, я пытался понять, что могло пойти не так. Но так и не смог. До сегодняшнего дня.
И эта горечь в его голосе бьет наотмашь: чувствую резкую, почти болезненную пульсацию в висках и сильно жмурю глаза, не зная, что ответить в свое оправдание. Да и зачем оправдываться, если у нас априори нет будущего? Сама себя презираю за малодушие, ведь из-за своего эгоизма я опять сделаю Крису больно.
Он разжимает объятия сразу же, как только я делаю попытку отодвинуться. Садится на полу следом за мной и тянется за пачкой сигарет.
— Кристофер, прошу тебя, не надо…
— Я не буду ничего спрашивать, — он перебивает меня, не позволяя завершить начатую фразу, и делает глубокую затяжку. — Просто порви с ним и переезжай ко мне…
Он еще что-то говорит, но я уже не слышу. Меня словно разрывает на маленькие лоскуты от осознания того, что я не могу остаться с единственным человеком, которого я боюсь потерять и которого хочу удержать в своей жизни. И я чувствую себя так, словно медленно умираю, потому что противный голос в моей голове непрерывно нашептывает: «…хэппи-энда не будет».
- 4 -
Жадно дышу его никотином и мысленно пытаюсь сопротивляться: моя душа тянется к Кристоферу, невзирая ни на какие запреты и убеждения. Все еще молчу, не находя нужных для ответа слов, и не поднимаю глаз, потому что боюсь встретиться с его взглядом, полным искренности и надежды. Боюсь в очередной раз утонуть в нем.
— …если ты любишь меня, то все остальное не важно, — Кристофер притрагивается к моим рукам, и я наконец прихожу в себя. Голос его тихий и спокойный, но я отчетливо ловлю хорошо замаскированную нотку отчаяния в его тоне.