Напоминание о недавней встрече с братом, точнее одним из его наемников. После долгих лет поисков сопляк всё-таки вышел на след, да так вцепился в него зубами, что даже в горах Амиру с трудом удавалось скрыться о родственничка.
Несмотря на то, что Юсупова-младшего среди "своих" никто не жаловал, он уже давно не появлялся лично на родине и не поддерживал прямую связь ни с кем из семьи, его влияние распространилось на огромные территории.
Впрочем, удивительного в этом мало. Братец смог поднять огромные бабки на своей скважине, к тому же умудрился обратисти таким количеством связей и в политике, и в бизнесе, и в промышленности, что как бы к нему не относились на родных землях, считаться с его мнением многим пришлось. А кто не захотел - уже удобрял земли красивых Кавказских гор.
Сбежав в пятнадцать лет с поселения, Алдан не поддерживал связи ни с кем из семьи. Собственно, и проживая в небольшом домике у самого подножья горы, отношения с родственниками не складывались, но здесь, главным образом, была "заслуга" их матери.
Амир очень быстро понял, что должен отдалиться от неё и примкнуть к семье отца, если хочет иметь какое-то будущее, тогда как Алдан вечно цеплялся за её юбку и в то утро даже бросался на отца и деда с кулаками, когда они тащили её на площадь.
Вообще два брата ненавидели друг друга с детства. Единокровные, родные по обоим родителям, но абсолютно разные.
Амир хитрый, пронырливый, умеющий подстроиться под ситуацию и способный тысячу раз на дню менять свои решения, повинуясь более благоприятному дуновения ветра.
Для него не существовало любви, привязанности, дружбы. Единственный человек, кто был действительно важен и чьи интересы имели первостепенное значение - он сам.
Алдан совершенная противополжность. Горячий, пылкий, несдержанный, прямолинейный и бескопромиссный, имеющий на все свою чёткую точку зрения, плевать хотевший на любое отличное от его мнение.
В отличие от старшего брата он не умел подлизывать, выслуживаться и угождать. Несгибаемый и принципиальный.
Он презирал Амира за лицимерие и "скользкость" характера, а тот в свою очередь ненавидел младшего отпрыска, чувствуя в нём слишком сильного соперника.
У отца и без них было три официальных жены, от которых родились одиннадцать "законных" сыновей.
При таких условиях занять своё место в клане было крайне тяжело, особенно учитывая репутацию матери. Так ещё и этот сопляк...
В отличие от Амира, он мог себе позволить дерзить и отцу, и деду. Получал за это не слабо, но старший из братьев прекрасно чувствовал, что несмотря на строгость и вечные наказания Ферхат благоволит именно Дану (так сокращённо его называли в семье). Наверное, именно эта дерзость, твёрдость характера даже в столь молодые годы, были особенно ценными в его глазах.
Возможно, сопляку бы удалось обойти даже законных сыновей, если бы не расправа над матерью и позор сестры.
Эти два события круто поменяли жизнь обоих.
Амир примкнул к общине, Алдан сбежал и многие годы не показывался в горах. Все уже и вспоминать его перестали, считали, что сгинул где-то под забором или угодил за решётку с его-то горячим нравом.
А он возьми да объявись спустя пятнадцать лет. И ведь как объявился. Уже не в роли вспыльчивого сосунка, а самый настоящий вершитель судеб, безжалостный, жестокий и страстно жаждущий кровавой расплаты.
В день убийства матери, когда её тело, забитое камнями, скинули в ущелье, не удостоив даже могилы, сопляк задыхался от рыданий, всё пытался вырываться из рук деда и кричал, что придёт день и они все ответят за то, что сделали.
И этот день, а точнее ночь, наступила спустя пятнадцать лет, когда братец в окружении сотни вышкаленных и вооруженных до зубов бойцов заявился в деревню.
Удивительно, но он в лицо помнил каждого, кто хоть один раз бросил в мать камень. О том, каким диким пыткам и истезаниям подвергся каждый из них, перед тем, как лишиться головы или заживо сгореть в огне, до сих пор ходили страшные пересуды.
Даже отряд Шамалко, один из самых кровожадных и безжалостных, никогда не творил таких зверст, тем более со своими.
Только вот Алдан никогда не считал общину "своей". Держался отстранённо, любил только мать и сестру и был готов перерзать всю деревню за то, что сделали с ними.
И ведь перерезал. После той ночи мужское население общины сократилось почти в три раза. Единственный, кому удалось избежать расправы, был он сам, Амир.
Аллах уберег, не иначе. В ту ночь он должен был быть в общине, но у его младшей жены, шестнадцатилетней Фатимы, гостившей у своих родителей в соседней деревне, начались роды. Это была её третья беременность, но две предыдущие заканчивались выкидышами, причём на довольно поздних сроках.