Пускай, это был выстрел в никуда, просто наугад, но каким-то совершенно фантастическим образом он попал в цель.
В том, что Алдан любит подчинять себя людей, превращать их в покорных, молчаливых, заглядывающих в рот и исполняющих любую прихоть рабов сомневаться не приходилось. Но сегодня мне удалось выяснить кое-что другое.
Сопротивление, отстаивание своей позиции, смелость, как минимум, вызывают в нём интерес, а как максимум, возможно, даже уважение.
Во всяком случае, мне показалось, что я нащупала нужную волну, и не собиралась с неё сходить.
Наверное, поэтому решилась на второе за сегодняшний день безумство.
Я долго разглядывала тряпки, принесённые служанкой, которые он так хотел видеть на мне, и понимала, что не могу их надеть. Не могу и всё.
Бельё любила. Да и какой девчонке не нравилось покрасоваться возле зеркала или перед своим парнем в кружевном, сексуальном комплекте?
Но одно дело любимый человек или подруга, а совсем другое расхаживаться в этих тонких, прозрачных ниточках перед посторонними людьми, пускай и напоминающих тени, а самое главное перед НИМ.
Опять стремится унизить, показать моё место, а заодочно и чётко обозначить его перед остальными домочадцами.
Но если интуация меня не подводит, несмотря на его угрозы и запугивания - подчиняться ни в коем случае нельзя. Иначе хищник быстро потеряет интерес.
Чем больше он будет выслеживать меня и пытаться загнать в угол, тем дольше я остаюсь цела, невредима и вообще жива.
К тому же от этого белья пахло чужими женскими духами. Ткань в хорошем состоянии, но материал уже слегка выцвел. Бирок нет. Видимо, оно ношенное и, возможно, не раз.
Прекрасно, он сбагривает мне одежду своей бывшей потаскухи. А может и не бывшей. А может и не потаскухи вовьсе. Как знать, вдруг такая же "подруга по несчастью", загнанная сюда шантажом или силой. Вполне возможно, её уже нет в живых...
Всё внутри меня кричало, что если не хочу познать ту же участь, зверю нельзя подчиняться. Самое глупое, что только можно сделать - это броситься в лапы хищника, чтобы он растерзал тебя в ту же секунду.
Надо быть умнее и хитрее.
Я аккуратно сложила бельё обратно в коробку и оставила ту пылиться на кровати.
Понимала, что то, что собираюсь сделать самая настоящая провокация. А можно ли провоцировать такого человека? Наверное, отчасти ему и понравилась моя непокорность, хотя не исключено, что и просто пожалел, ведь человек же он, в конце концов.
Только такая мысль даже самой себе казалась бредовой.
Скорее всего просто не захотел трахать зарёванную истеричную бабу. Как знать, может именно по этой причине он отпустил меня в нашу первую ночь?
С ним опасно, но всё же реально спорить, а вот что насчёт такой откровенной провокации? Я ведь сама собираюсь вновь раздразнить его демонов, которые хоть немного, но, кажется, решили вздремнуть.
Только выхода другого не вижу или его просто нет.
Ведь если надену эти нитки, значит, подчинилась, что называется, склонила голову, и дальше придётся выполнять всё более и более грязные желания.
В то же время, останусь в своих вещах - забуду вкус пищи, а там и до голодной смерти недалеко. К чему тогда все эти мытарства моей семьи?
Значит, единственное, что остаётся...
Чувствуя, как в теле зарождается уже привычная дрожь, я потянула тесёмки ночнушки, и через пару секунд мягкая ткань упала к моим ногам.
Под рубашку я никогда не надевала белья, так было спать комфортнее всего.
Зато теперь я оказалась полностью голой, с диким страхом поглядывая на дверь. Неужели я сейчас смогу открыть её, выйти в коридор, спуститься в гостиную и предстать в таком виде перед НИМ?
Смогла. Не чувствуя себя от страха, стыда, безумной усталости после всего пережитого, я всё-таки мелкими шажочками, босиком и почти бесшумно спустилась на первый этаж.
Он сидел во главе огромного стола, уставленного десятками самых разнообразных блюд. Никогда не видела такого пиршества даже в самых дорогих ресторанах. Это что всё специально для меня или он всегда так трапезничает?
Прошло всего несколько секунд, прежде чем он заметил моё появление и поднял глаза, но даже за это ничтожное время сердце уже забыло, как надо дышать.
Ладони вспотели в тот же миг. Я изо всех сил цеплялась побелевшими пальцами за перила и мысленно умоляла себя не отводить взгляд. Он любит, когда ему смотрят в глаза.