Всё эти ужасающие, мерзкие вещи она говорила с самой искренней, мечтательной улыбкой, а потом просто вышла из комнаты, оставив меня в полнейшем шоке.
Я смотрела на многочисленные коробки и не чувствовала ни малейшего желания узнать их содержимое.
Даже банальное женское любопытство в секунду оказалось подавленным такой речью.
Значит, я здесь не единственная "гостья". Во всяком случае, был кто-то до меня...
Я лихорадочно перебирала в голове всё, что услышала секунду назад, и больше всего пугало слово "Подвал".
То, что в этом доме есть подземный этаж и, скорее всего, даже комнаты пыток, меня бы совсем не удивило.
Но как мне жить с мыслью, что, возможно, прямо сейчас, в этот самый момент там держат другую пленницу?
Я хотя бы в чистой и светлой комнате, могу свободно перемещаться по дому, выходить на участок, дышать свежим воздухом, видеть солнечный свет.
Пока. Пока могу. А что будет через день, два, три? Что он решит сделать со мной? Я целиком и полностью в его власти.
Это отрезвляло, причём сильно.
В одну секунду я заставила взять себя в руки и вновь начать осмысливать своё положение. Да, я в полнейшем дерьме, но настоящий ад ждёт впереди.
Никто меня не спасёт. Слуг, наверняка, стоит опасаться ещё больше, чем их "хозяина". Во всяком случае, эту Савду.
Одного взгляда на неё достаточно, чтобы понять, на каком расстоянии нужно держаться от этой тихой, покорной женщины.
Я вывалила содержимое коробок на постель, и какое-то время восхищённо разглядывала множество роскошных нарядов.
Какая девочка не любит шмотки, да ещё и такие красивые?
До болезни брата наша семья могла позволить себе почти всё. Хороший отдых, учёба, развлечения и одежда.
Мы с мамой любили ходить по торговому центру и часами выбирать наряды. И все-таки настолько изысканных, просто приковывающих взгляд образов никогда не получалось собрать.
Наверное, не хватало вкуса. У девушки, которая носила их до меня, с чувством стиля явно все было прекрасно. И она точно любила вечерние платья, обшитые сверкающими стразами и пайетками.
То, что вещи явно уже кому-то принадлежали, лично для меня было очевидным. Опять те же духи. Вкусный, сладкий, терпкий аромат, впитавшийся в шёлковую ткань.
Когда примерила на себя то самое золотое платье, про которое говорила Савда, вновь почувствовала нарастающий приступ паники.
Мало того, что голову кружил чужой парфюм, так ещё и размер подошёл на двести процентов. Платье село, как влитое. Будто шили специально для меня.
Я опустилась на кровать, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнотворный комок.
Заметила, что лежащие на коленях ладони вмиг вспотели и начали дрожать.
Все-таки инстинкт самосохранения берет своё. Только сейчас осознала, что перспектива лишиться девственности на обеденном столе - далеко не самое худшее, что может произойти со мной в этом доме.
Судя по всему, до меня здесь уже жила девушка на похожих условиях, причём по внешности, во всяком случае, по телосложению мы с ней абсолютно идентичны. И вполне вероятно, что сейчас её держат в подземных комнатах этого роскошного дома.
Это что получается, я имею дело с маньяком?
Понимала, что моя новая затея не менее опасна, чем недавняя выходка с бельём.
И ведь на сей раз я уже знала его реакция на любого рода провокацию. Он явно дал понять, что не тот человек, с которым можно играть в игры, но черт побери, я не собираюсь сидеть, поджав лапки и ждать своей участи.
Дело уже совершенно не только в сексе. Этот мужчина по-видимому, действительно, психически болен, и я далеко не первая подобная гостья в его доме.
Если хочу выжить здесь и помочь девушке, которую, возможно, до сих пор мучают и держат вне воли, нужно рисковать.
Я нашла его в той же комнате, где он скрылся сразу после нашей "трапезы".
Как оказалось, это просторный, светлый кабинет, с панорамным окном во всю стену, открывающим просто невероятный вид на сад.
Невольно даже замерла на самом пороге, любуюсь заснеженными елями, но его грозный рык заставил моментально вернуться в реальность:
- Что ты здесь делаешь? Кто разрешил шататься по дому?
- Пришла, потому что у меня есть к вам большая просьба. Не могла ждать вечера.
Удивлённо приподнял бровь, оторвав взгляд от компьютера, на котором что-то печатал до моего появления.
- Просьба? Ты не устаёшь поражать своей наглостью. Ну давай, выкладывай. Предупреждаю, это должно быть что-то стоящее, раз ты посмела оторвать меня от работы.