И, наконец, третье, если поднимать шумиху, родителей, конечно, тут же поставят известность. В последний месяц они спят по очереди. Либо мама, либо папа, либо я, до самого утра сидим в комнате Сашеньки. Его состояние с каждым днём только ухудшаются, и хоть мы не проговариваем этого вслух, но каждый боится, что любой ночью ему может стать особенно плохо и...тогда обязательно кто-то должен быть рядом.
Нет, они не должны ни о чём узнать. Такой удар просто лишит даже тех крохотных остатков сил, которые пока есть у нашей семьи.
Что же тогда делать?
С трудом, но я всё же смогла подняться. Нашла ванну, боязливо осмотревшись вокруг. Никого.
Облегчнно выдохнула, правда лишь до того момента, пока не увидела своё отражение в зеркале. Господи, я словно восстала из могилы. Краснющие, зарёванные глаза, размазанная на пол лица туш, омерзительные засосы на шее и громадные синяки по всему телу. В таком виде точно нельзя появляться дома.
Я попыталась хоть как-то привести себя в порядок, но всё, что удалось, это смыть чёрные разводы и немного уложить волосы.
Как бы не старалась, но у меня не получалось вспомнить, что произошло этой ночью. Точнее, в память отпечаталась каждая секунда, начиная с момента, как я зашла в номер и заканчивая ощущением, что в меня грубо вдираются мужские пальцы...
Самое ужасное, что я даже не знала, произошло ли сама изнасилование. Наверное, да. Этот подок с первой минуты ясно дал понять, что ему от меня нужно.
Но ведь тогда бы я обязательно очнулась...У меня ещё не было мужчины, и момент вторжения, наверняка, причинил бы сильную боль.
Господи, и почему я такая идиотка? Сколько раз слышала подобные истории, но всё равно повелась. А ведь считала себя такой умной, в этом году закончила с отличием школу, уже была зачисленна в топовый вуз нашего города, а на деле оказалась наивной, не умеющей за себя постоять овцой.
С другой стороны, что можно было сделать в такой ситуации? Только при одном воспоминании об этом бугае, кровь застывала в жилах. Он парализовавал лишь своим жутким взглядом, что и говорить о неравных весовых категориях.
Надо благодарить Бога, что вообще осталась жива, сделать всё, чтобы родители никогда об этом не узнали, и самой попытаться забыть сегодняшнюю ночь, как страшный сон.
Я накинула найденный в шкафу мужской пиджак, который доставал мне почти до колен. Это всё, что осталось от этого монстра.
Стараясь, чтобы меня никто не заметил, выскочила из отеля и тут же поймала такси, назвав единственный адрес, по которому могла поехать в таком виде.
******
- Господи, я ведь предупрежадала тебя! С самого начала вся эта затея казалась весьма сомнительной. Какой-то парень в интернете, с накрученной страницей. Это же безумие думать, что солидное агенство будеть гоняться за никому неизвестной девчонкой и предлагать дорогостоящие контракты. Ты, конечно, редкая красавица, но...
- Но таких пруд пруди, я знаю, Ариш. Идиотка и есть идиотка, что тут ещё сказать?
Конечно, подруга была полностью права. Она единственная, с кем я поделилась своим "счастливым билетом", и она, действительно, с первого дня отнеслась к этой истории с большим скептицизмом. Поэтому я ничего не сказала ей о намечающейся "коктейльной вечеринке", хотя у родителей отпросилась на ночёвку именно к Аришке.
У нас были хорошие, доверительные отношения в семье. Меня отпустили без каких-либо вопросов, правда, самой было неловко от понимая, что соврала родителям. Всегда старалась быть с ними максимально честной, но, видимо, какое-то внутренее предчувствие подсказывало, что в этот раз лучше сделать исключение. И, как оказалось, оно меня не подвело.
- Я прямо сейчас звоню в полицию. Это нельзя так оставлять. Надо писать заявление и на подставного агента, и на работников отеля, и, конечно, искать этого подонка!
- Нет! - я выхватила у подруги мобильный, боязливо оглянувшись на дверь, стараясь говорить, как можно тише. В соседней комнате спала её бабушка, которая, конечно, не должна была услышать этот разговор. - Ты разве не понимаешь, что тогда обо всём сразу узнают родители? Ариша, они сутками не спят, носятся по больницам, а тут я им такой сюрприз выкачу. Нет. Никто. Ни о чем. Не узнает. Никогда. Пообещай мне!
Подруга долго молчала, с болью и сомнением вглядываясь в моё перекосившееся от ужаса лицо, но в конце концов, согласилась.
- Хорошо, наверное, ты права. Господи, это ужасно, но ты и в самом деле права. Я буду молчать. Только тогда и ты пообещай, что хотя бы сходишь к гинекологу. Надо ведь узнать...ну было что-то или всё-таки он оказался не таким мерзавцем...