Прямо у подъезда мне перегородила путь своим бюстом шестого размера соседка тётя Таня:
- Привет, Ксень, ты надолго? Ох, и огромный у тебя чемоданище! Ты прямо все вещи из Москвы притащила, что ль? А, наверное, нельзя в общежитии оставлять, быстренько сопрут, да? Вот вам и столица! Не лучше, чем у нас! Ксень, ты хоть с айтишником каким-нибудь подружилась? Они, говорят, по полмиллиона в месяц зашибают. Неужели правда? Полмиллиона! Ксень, а Ксень, надо тебе жениха такого! Мать измучилась вас двоих тянуть!
- Я пойду, тёть Тань. Устала с дороги. Да и своих хочу поскорее увидеть.
- Иди-иди, конечно. А насчёт айтишника подумай! Чего зря в Москве сидеть, бабий век он, знаешь, короткий! Я ж тебе плохого не посоветую!
… - Ксюшенька приехала моя любимая! – закричала Маришка и бросилась ко мне, как только я появилась на пороге.
С удовольствием подхватила на руки малышку. Как же я по ней соскучилась!
- Что ты её поднимаешь, надорвёшься! – тут же возмутилась мама.
Я виновато взглянула на неё. Не знала, разрешит ли мамуля себя обнять, я ведь так страшно накосячила. Всё испортила и вернулась домой как проигравшая. Но в следующее мгновение меня уже заключили в объятья, а я не выдержала и разревелась в голос.
- Мамочка, прости! – захлёбывалась слезами, тряслась от рыданий, уткнувшись в мамино плечо.
- Ладно, перестань. Жизнь не закончилась. Выгребем как-нибудь, не в первый раз, - всхлипнула мама.
- А почему вы плачете? – удивилась Маришка и похлопала голубыми глазищами с бесконечными загнутыми ресницами. – А что случилось? У нас ведь праздник – Ксюшенька вернулась!
Она принялась прыгать вокруг меня зайчиком.
Встреча с сестрёнкой и мамой, возможность пообниматься с ними, потормошить – это было единственным плюсом моего возвращения.
Снова заняла свою кровать в комнате, которая успела стать полностью Маришкиной. Сестричка не расстроилась, что я её потеснила, наоборот, буйно радовалась.
- А ты будешь мне читать на ночь, как раньше? А мы будем вместе засыпать?
У нас большая разница в возрасте, я нянчилась с Маришкой с самого её рождения, и с большим удовольствием.
- Мамочка мне не читает, - вздохнула сестра. - Она сильно устаёт на работе, да и вообще её никогда нет дома – ни днём, ни ночью… Работает, и работает, и работает… Я уже привыкла одна дома сидеть. Или у тёть Тани. Но у тёть Тани мне не нравится, она бурчит постоянно. Лучше дома. Но одной дома стра-а-ашно!
Слова младшей сестры отзывались в сердце жгучей болью. Ведь это ради меня мама пошла на такие жертвы – надрывалась на нескольких работах, закрывала в квартире пятилетнюю малышку…
И всё зря.
Что же я натворила…
*****
Так как результаты ЕГЭ действовали не один год, а они у меня были очень хорошие, я смогла заново подать документы на поступление. Выбрала три столичных вуза с бюджетными местами и общежитием. Увы, эти учебные заведения и близко не соответствовали уровню финансового университета, откуда меня выкинули. Но хоть что-то.
Отправила документы, и начался период мучительного ожидания. Конечно, я не сидела без дела – сразу же подменила маму на одной из ей работ.
К семи утра уезжала на завод, производящий полимерную тару и упаковку, в четыре возвращалась домой, одуревшая от непрерывного гула станков. Не чувствуя ног и поясницы, валилась на кровать.
А мама обычно после этого шла на вторую работу! И несколько раз в неделю подрабатывала ночной уборщицей – мыла оборудование и производственные площади на фабрике печенья.
ДЕМЬЯН
В три часа дня частный самолёт, принадлежащий холдингу «Бастион», приземлился в аэропорту города-миллионника в двух тысячах километрах от столицы.
Спускаясь по трапу, Демьян Кольцов - владелец холдинга - не мог стереть с лица победоносной улыбки. Наконец-то сегодня будет подписан контракт с «Энигмой». Пришлось использовать сложную схему, чтобы подвести Агаджаняна к сделке. Демьян потратил уйму времени и нервов, убеждая партнёра в обоюдной выгоде этого проекта. Хозяин «Энигмы» долго думал, взвешивал, перебирал варианты…
И вот - аллилуйя, свершилось! Агаджанян пригласил к себе, а это значит, что долгий марафон закончен. Сегодня Демьяна ждёт очередной триумф, и как же он это любит - ставить цель и добиваться её.
Широкоплечий, рослый, с упрямо сжатыми челюстями, тридцатисемилетний Кольцов производил сильное впечатление на окружающих, на него было трудно не обратить внимание.
Весь полёт он провёл в работе, устроившись в роскошном салоне бизнес-джета вместе с двумя замами и тремя помощниками. Прямо в воздухе Демьян провернул несколько сделок и к моменту приземления несколько увеличил капитал «Бастиона». Сейчас владелец компании спускался по трапу, будучи ещё более богатым, чем когда садился в самолёт.